Рома никогда не повышал на нее голоса, у него не случалось вспышек гнева. Да они с Леной даже ни разу всерьез не поссорились! Но… Прикрыл бы он ее собой от взрыва? Рискнул бы бросить вызов правителю-самодуру, чтобы вызволить ее из темницы? Принял бы, узнав, что она — пришелица из другого мира… хуже того — копия, отпечатанная на квантовом принтере мироздания?..
Лена мрачно усмехнулась. Она не ощущала своей вторичности, вот в чем загвоздка. Чувствовала себя полноценным человеком. Значит, она и есть — человек. Точка. А способ ее появления на свет роли не играет.
Ей радоваться надо, что все так устроилось. Дома спокойно, родители не сходят с ума из-за того, что дочь сгинула в недосягаемой дали, Леннея не портит им кровь. Можно бы вздохнуть свободно. Жить, осваиваться, учиться, искать свое место в новом мире, строить личное счастье… Если бы не иэннская ведьма с ее зловещими планами. И не восемнадцатилетняя девчонка, которую Лена убивала самим фактом своего противоестественного существования.
— Господин Герд! Линт, вы здесь?
Он обещал явиться по первому зову. Как в сказке.
И в самом деле явился — не успела Лена сосчитать до пяти. Безликая человеческая фигура, будто сажей в воздухе намалеванная.
— Вы сказали, что можете устроить мне разговор с Леннеей. Это правда?
Голос, размытый легким эхом, ответил:
— Идемте вниз, к зеркалу. Оно отразит скрытое.
За пару минут дух Линта Герда распечатал запирающий узор на тайном ходе в подземелье. И магическая сигнализация, поставленная Лютеном, не забилась в конвульсиях, и сам юный секретарь не примчался, сверкая очами, карать нарушителей. Неприятное открытие. Получается, призрак и его начальница могли шастать по замку в свое удовольствие — и сейчас, и раньше. И вообще эта магическая защита, как рыбацкая сеть: сплошные дыры.
Лена села в кресло перед зеркалом, и Линт протянул к ней руки, заставив поежиться. Прикосновение прозрачных ладоней походило на дуновение сырого подвального сквозняка.
Дух попятился, перебирая пальцами, будто сплетал вместе невидимые нити, спиной вошел в зеркало, и из ртутного тумана на Лену взглянул симпатичный светловолосый мужчина, немного похожий на Диона. Затем он отдалился и исчез, а в следующее мгновение из-за рамы вынырнул знакомый призрак.
Лена упустила момент, когда в мерцающем стекле появилась Леннея.
Выглядела она еще хуже, чем во сне. Стояла, скрючившись, как старуха, страдальчески прижимая одну руку к груди, другую к животу. Казалось, заострившееся личико несло печать смерти.
— За что ты так со мной? — и голос настолько слаб, что похож на шелест.
Лена попыталась найти в себе здоровую эгоистичную злость, проникнуться мыслью, что несчастная девочка в зеркале сама виновата в своей беде:
— Это я должна тебя спросить: за что?
— Я не желала тебе смерти…
— И я тебе не желаю.
Интересно, что Лена не чувствовала раздвоенности. Не было странных мыслей, чуждых желаний и голосов в голове. Нет, голос как раз был — тот далекий крик. Но сейчас и он стих.
— Тогда верни мое тело! — Леннея качнулась вперед и уперлась ладонью в стекло.
— И что ты будешь делать?
— Убегу… Уеду…
По впалым щекам покатились слезы.
— Ты отдалась ему… отдала меня.
Лена ощутила слабость. В принципе, Леннея права. Это ее тело. Лена не имела права им распоряжаться. С другой стороны…
— Слушай, если бы ты осталась и просто попыталась договориться, у тебя все было бы хорошо…
Лена резко захлопнула рот. Ничего бы не было хорошо. Девчонкой, легко внушаемой и перепуганной до нервного срыва, расчетливо манипулировали. Алиалла не позволила бы ей уйти в сторону. Эта женщина плела интриги еще в ту пору, когда Линт Герд разбивал коленки, резвясь в древних развалинах.
Интересно, Лаэрт знает, что женится не на молоденькой?
Леннея гневно всхлипнула:
— Договариваться с убийцей? Носить его имя? А если бы он убил твоих родных?
— Твоих родных убил Лаэрт, а не Дион, — напомнила Лена.
Внутри опять кольнуло. Она успела принять точку зрения "мужа". Хотя бы потому, что защитить законного правителя от убийц — логично и правомерно. Кроме того, успех заговорщиков лишил бы одаренных крупиц свободы, дарованной королем.
Но была ли это действительно свобода? По сути, Лаэрт отнял магов у знати и присвоил себе. И он точно не лучше тех, кто готовился снести ему голову.
Лена прикусила губу. Все запуталось. Больше не было хорошо и плохо, правильно и неправильно.
— Ему тоже есть, что тебе предъявить, — сказала она Леннее. — Он ведь нравился тебе, признай. Ты злилась на него именно за это — за то, что он сын мага, а не рэйда, но ты все равно думала о нем. Так ведь?