Совершенно детские и чистые слезы подступили к глазам, когда Катерина, отвернувшись от шкафа, осмотрела крошечную комнату в восемь квадратных метров. Не дворец, не собственный дом, не удобные апартаменты, не вилла на берегу моря. Крохотная комнатушка в душном городе. Вот, что она заслужила.
Рыдала долго, рыдала навзрыд, теперь виня помимо людей вокруг еще и книги, заменившие ей друзей. Сколько раз она отказывалась от походов со знакомыми в кино или на прогулку, потому что эти люди казались ей скучными и заземленными, глупыми и непонимающими. А теперь понятно стало, что страницы, испещренные пустым текстом, говорили о том, чего не бывает. Но ведь чудеса… случаются?
Солнце обманывало. Дразнило своим светом и лучами, но на улице было продирающее, колюче и холодно. В этот раз к гаражам идти совершенно не хотелось, снова назло карлику, будто бы у него в самом деле был интерес к Катерине. Она просто шла вдоль проспектов, мимо парков и жилых домов, лишь изредка посматривая на ворон, шумевших над ее головой. Деревья такие острые в своей наготе, и земля неприглядна в своей бесцветности, серые высотки лишь закрывают небо. Собственно, зачем на него смотреть? Оно молчит и ничего не говорит. И почему мир такой… уродливый? Почему не красив, как в книгах? Почему обязательно нужно было выдумать все эти яркие краски и обманывать простых людей, живущих в книгах и существующих между ними, пока не приобретут следующую?
Эти бесконечные размышления поведут нас по кругу, и мы так и не найдем ответа. Может, еще и на новую неприятность набредем. Ну, точно, эти пустые и тревожные мысли вывели Катерину почти на середину проезжей части, по которой на огромной скорости летел автомобиль. Катерина по воле неба осталась не задетой, опять же, лишь чувство самосохранения подсказало, что надо было делать. Она с всхлипом и шумным вздохом упала в лужу около бордюра. Рядом резко остановилась та иномарка, чертя по дороге черные широкие полосы.
Иномарка… и дорогая! С тонированными стеклами, элегантным дизайном, красивым силуэтом. Одна компания может говорить о достатке ее владельца. Может, вот оно – чудо? Наконец-то, заслуженное чудо! У Катерины перехватило дух, она быстро поднялась на ноги, вытирая испачканные ладони о ткань брюк, и улыбнулась кроткой улыбкой. Широко распахнутые глаза следили за машиной, и девушка ожидала, что вот, наконец, выйдет её судьба…
Но дверь машины не открывалась. Лишь тонированное стекло медленно опускалось, и вскоре к ней приблизилось лицо рассвирепевшего мужчины. Даже желваки ходили под кожей. Он сначала с полминуты смотрел на Катерину, а потом рявкнул: «Ты дура, да? Жить надоело?» - Это так шокировало девушку, что она мигом перестала улыбаться, лишь с недоумением и приоткрытым ртом глядя на водителя. Мужчина пробормотал что-то вроде «больная», плюнул ей прямо под ноги, закрыл окно и уехал. Катя неподвижно стояла несколько мгновений, а потом, рыча от злости, топнула ногой. Прямо по луже. Грязные брызги долетели почти до самого лица, и это было последней каплей.
«Да что же это такое, а?» - прокричала она в самое небо. Кто мог услышать ее в этом спальном районе? Несколько голубей, да еще дюжина воробьев, три-четыре вороны. Да, и пожилая женщина. Она сначала даже за сердце схватилась. Иногда люди просто мимо проходят, крутя пальцем у виска. Но только не эта незнакомка. Кажется, она была всегда активным передовым человеком, агитатором и любительницей поболтать. Коллектив может настроить на рабочий лад, и психолог отличный. Живая женщина, она не могла остаться безучастной к любому горю.
«Девушка, милая, отчего Вы плачете?» - немного сдвинув брови, в волнении спросила незнакомка. Катерина резко обернулась. Так, вроде не волшебница. И не роковая красотка, пришедшая из другого мира. Глаза не холодные, не выпытывающие, взгляд не гипнотизирующий. И волосы какие-то обыкновенные, не роскошные кудри. Волосы, свойственные некоторым пожилым женщинам: коротко стриженные, крашеные краской, чтобы скрыть седину. Да, эта женщина не сможет помочь.