Процветание было обнесено стеной из заросшего плющом и цветами бруса, по которой расхаживали патрулирующие территорию. Увидев движение на тропе вдали, они засуетились, но Кармина приложила пальцы ко рту и свистнула, очевидно, показывая, что это свои. Беготня на посту охраны прекратилась и сменилась оцепеневшим ожиданием момента, когда ранние сумерки расступятся и позволят им узнать прибывших в лицо. Уже на подходе к самым воротам Капитан увидела эту перемену в лицах, как будто к ним подносили свечу — они узнавали Кармину, и их лица зажигались искренним счастьем. Вернувшийся издалека невредимым всегда так действовал на сообщество, Арья не раз видела это за последние годы.
— Ничего, если мы войдем не через ворота? — смущенно спросила она, оборачиваясь к Капитану. Та не поняла вопроса, но пожала плечами и махнула рукой, мол веди, как пожелаешь.
Стена была всего метра три, не больше, так что Рай просто подошла к ней и протянула вверх руки, а патруль втянул ее и протянул руки ее спутнице.
— Это Капитан безопасности, — с легким придыханием и одновременно как-то хвастливо представила ее девчонка. Мужчина и женщина, помогавшие Арье влезть, отпустили ее руки и с новым интересом оглядели, отступая.
— Меня зовут Арья Джефферсон, — представилась она всем троим — лицо Кармины при этом удивленно вытянулось. Видимо, она не задумалась до сих пор, что у Кэпа должно быть имя. — Можете звать меня Капитан. Так привычнее.
Кармина нетерпеливо топталась на месте, и, уже узнавая эту суетливость, Кэп поспешила проследовать за ней дальше, не задерживаясь на посту патруля. Они спрыгнули со стены на мягкую траву, ковром раскинувшуюся по всей территории поселения. Вокруг кипела жизнь — женщина полола грядку, неподалеку игрались с собакой дети, в центре, на террасе огромного дома у верстака что-то мастерили двое молодых людей. На пороге дома сидела на скамейке девушка и играла на гитаре, что-то невнятно напевая себе под нос. В окнах дома под потолком было видно россыпь огоньков — там на балках и перилах были развешаны гирлянды. И все постройки в поросли цветов, как, в общем-то, многие постройки в плодородных районах. Музыка, смех и шум настоящей мирной жизни. Арья даже опешила от того, насколько хорошо ей вдруг стало на душе. Кармина не заметила ее промедления и направилась к дому, перед которым на дорожке женщина средних лет помогала малышу подняться после падения. К удивлению Капитана, она оказалась гораздо бдительнее, чем могла казаться — еще не закончив ставить на ноги ребенка, она уже заметила движущихся к ней людей и моментально подняла голову.
Это была мама Кармины — по ее выражению и чертам лица Кэп сразу это поняла. Сначала она спокойно смотрела на дочь с мгновение, а потом поняла, что видит перед собой. Оставив ребенка отряхиваться самостоятельно, женщина побежала дочке навстречу, воскликнув:
— Кармина! — она прижала ее к своей груди и запричитала. — Ой, слава богу. Я чуть с ума не сошла.
Капитан приготовилась к этой неловко-трогательной и тягомотно-сердечной части их появления. Сейчас все планы на некоторое время встанут на паузу — мать и дочь будут ворковать, а соседи будут приходить поздороваться, чтобы увидеть своими глазами чудо вернувшегося из далекого путешествия. В общем, идиллия, да и только.
— Мам… — только и смогла выдавить в ответ Кармина. Они уже не обнимались, и она посмотрела на маму, готовясь сообщать неприятные новости. Та взяла дочь за руки и, помедлив, скомандовала, обращаясь к столпившимся около них детям.
— Так, дети, марш домой. Я сейчас, — после этого она снова посмотрела на дочь, сжала ее руки в своих и участливо заглянула в глаза. — Ты чего? — Кармине понадобилось еще несколько мгновений, чтобы собраться с духом. Ее взгляд с лица матери переместился куда-то в пространство и стал пустым, а лицо снова исказилось виной.
— В поезде были люди, они хотели нам помочь, — она перевела взгляд на Арью, и ее мама как будто только сейчас заметила, что Капитан стояла рядом с ними все это время. — Но рейдеры, близнецы… забрали Раша. А остальных убили.
— О боже мой, — Рай-старшая зажмурилась, выдохнув эти слова с болью. При этом Кармина смотрела на нее словно в ожидании наказания или нотации.
— Это было ужасно, — прошептала Кармина дрожащим голосом.
— Мне очень жаль, — отозвалась ей мама, снова прижимая к себе. — Мне так жаль, — повторила она искренне.
— Зачем вообще я туда пошла, мам… — уже откровенно захныкала Кармина, и Арья только теперь поняла, что она и в самом деле думает, что в чем-то виновата.