Сейчас в роли возмутителя спокойствия выступил я. Но в мое оправдание — ситуация оказалась из разряда экстраординарных. И требовала мгновенного вмешательства.
Первым примчался Митя, который выглядел как спящая красавица, выпившая пять литров пива с сухой рыбой и разбуженная раньше срока. В общем, очень плохо. Затем подтянулся Гриша, который тоже был не в лучшей кондиции. И что самое интересное, все это время из комнаты наружу рвалась Куся.
— Да встаю, встаю, — недовольно отозвалась Зоя. — Что за дом? Один орет с утра, другая полночи ходит. Открой дверь, закрой дверь. Нашли швейцара.
Собственно, я девушку понимал. Мне тоже было интересно найти того человека, который впервые применил к утру прилагательное «доброе». В данное время суток больше всего хотелось сделать с миром что-нибудь насильственное, подпадающее сразу под несколько уголовных статей.
Но и Кусю можно понять. Она же наполовину львица. Считай, кошка. А тех хлебом не корми, дай войти в закрытую дверь. Правда, по традиции, сейчас грифониха должна была переступить через порог и направиться обратно. Но, видимо, взыграла орлиная кровь. Потому что Куся подбежала ко мне и села, явно довольная собой.
— Это ты сделала?
Ответом мне послужил внимательный и умный взгляд. Будто бы говорящий, а кто еще? Не эти же два балбеса!
— И что это такое?
Вот теперь Куся смущенно отвела глаза. Мол, охотиться — это одно. А вот разбираться в классификации — это совершенно другое. Угу, мы сначала убиваем, а потом думаем. Классика.
— Гриша? — вопросительно посмотрел я на беса.
— Я не знаю, хозяин, — честно признался тот. — Сроду такой нечисти не видал.
— Думаешь, нечисть это? — с сомнением спросил я.
— А кто ж еще?
— Я знаю сс… кто это, — материализовалась рядом Юния
И опять, по старой доброй традиции, Гриша сделал шажочек назад. А Митя и вовсе отпрянул. Вроде понимали, что с ними живет лихо, а стоило ей появиться, срабатывал рефлекс. Разве что Куся осталась сидеть без всяких проявлений эмоций, с гордостью переводя взгляд с убиенной нечисти на меня и обратно. Видимо, ожидала похвалы. Да Зоя замерла в дверях комнаты, не решаясь ни скрыться, ни подобраться поближе.
— Давненько я их не видела, — недобро ухмыльнулась Юния. — Те еще сс… суки.
— Не ругайся.
— Нормальное слово, его даже в книжках пишут, — возмутилась лихо. — Мне вот интересно, какая сс… сволочь сюда эту гадость притащила.
— Давай с самого начала. Это кто?
— Фурия. На наше счастье мертвая. Видимо, в твоей грифонихе просс… снулись охотничьи инстинкты, вот она и поймала одну из них.
— Молодец, — на автомате похвалил я Кусю, потрепав по голове. Что удивительно, комплимент и тактильное поощрение грифониха восприняла с удовольствием. Хотя меня и нельзя назвать большим специалистом по физиогномике неразумной нечисти. — Мне только не понравилось словосочетание одна из них.
— Так фурии живут роем, сс… Где одна, там и несколько. Не думала, что они вообще существуют. Ходили слухи, что извели их.
— Почему?
— Так они паразиты. Толку сс… них никакого. Лишь хист твой жрут и все. Первое время как ни в себя, потом поспокойнее становятся. Им тоже не нужно, чтобы ты загнулся. Кто ж их кормить тогда будет? А я-то думаю, чего все время сс… сил нет.
— Блин, вот невезуха, — вздохнул я. — Только я мог где-то подцепить этих фурий.
— Фурии не сифилис, просто так их сс… подцепить не получится. Принес тебе их кто-то. В специальном артефакте, да затем и выпусс… стил. Причем, принес, скорее всего, чужанин. Потому что к хисту рубежника они могли бы присосаться.
Не надо было быть обладателем стобалльного ай-кью, чтобы сложить одно с другим. В последнее время из чужан дома у меня были только Васильич и Наташа. Учитывая, кому прислуживала девушка… Меня даже током пробило.
— Юния, а ты слышала что-нибудь про византийский ларь?
— Как не сс… слышать. Внутри такого ларя у существ всякая воля пропадает. Только не делают их давно, сс… слишком дорого.
— Но для фурий же самое то, да?
— Да, — кивнула лихо. — А что такое, сс…?
— Да ничего. Мне Наташа открытым текстом так и сказала, что у нее византийский ларь. И нужен он ее хозяйке, поэтому приспешнице пришлось весь день его таскать. Блин, да мне Наталья сама подсказала, насколько могла. Открытым текстом разве что не проговорила, потому что тогда сразу бы подумали на нее.
— И что это меняет? — пожал плечами бес. — Гадость-то эта все равно у нас.