Наарай рассмеялся.
— Ты Урия сам без жены с двумя наложницами. Почему интересно ты так и не взял жену себе, царь не просто так обеспокоился тобой.
Урия ответил не сразу.
— Есть у меня две наложницы и этого достаточно для воина.
Наарай решил сменить тему разговора и сказал:
— Ахия был в доме царя и кое-что узнал. Умер царь Аммонитян Нахаш и царь собирает почтенных старейшин, чтобы выразиться соболезнования сыну Нахаша Хануну.
Урия был удивлён и спросил:
— А причём здесь мы. Пусть отправляется послов, это дело обычное.
Наарай пояснил:
— Путь дальний и опасный. К тому же Аммонитяне не всегда были нам друзья были. Отец Нахаша выколол глаз каждому мужчине и последними были жители Явеша. Саул убил этого Нахаша и его сын помнил об этом и потому укрывал родителей Давида. Сейчас, когда израильское царство стало таким большим и сильным они могут воспринимать нас как вероятного противника, поэтому послов необходимо охранять. Проводим их до Явеша а дальше приставлю к ним своего сына Ямина этого будет достаточно для их безопасности.
Давид разговаривал с Ахитофелом.
— Царь Аммонитян был очень добр ко мне, когда укрыл моих родителей. Сначала они были у моавитян но Нахаш предложил их укрыть у себя и ни разу не было у мене предлога усомниться в том что он может их выдать Саулу. Я понимаю что это было не бескорыстно и отец Нахаша которого тоже именовали почтенным именем Нахаш свирепствовал в Галааде и выколол глаз каждому мужчине и оставались только жители Явеша, а Саул спас жителей города и убил этого Нахаша и, несомненно, сын его помнил об этом. Но даже став царём у меня не было причины думать плохое об этом Нахаше, он не поддержал Моав и Эдом когда мы воевали с ними, а потому я хочу продолжить хороший соседские взаимоотношения с Аммонитянами.
Ахитофел выслушав царя, поклонился и сказал:
— Я понимаю вашу заботу о будущем нашего царства Израильского и взаимоотношениях с Аммонитянами. Я подберу уважаемых старейшин, а также подарки царские для Хануна. Не будет лишним дать охранное сопровождение для этих старейшин.
Давид согласился.
— Да дорога дальняя, я уже послал письма Урии и Наараю, пусть проводят наших послов до Явеша.
Двадцать девятая глава
Посольство в Аммон и его последствия
По бескрайним равнинам восточных земель за Иорданом шёл караван. Грохочут повозки, которые тянут быки, на ослах едут купцы и снуют туда-сюда погонщики на мулах. В городе Пальм Наарай и Урия остались, и дальше уже Ямин возглавил караван. Переправившись через Иордан, они вступили в восточное нагорье, но плутать по равнинам не пришлось. По хорошей дороге они добрались до Хешбона, и дальше уже их путь шёл по Царской дороге. В городе Элеале который когда-то принадлежал моавитянам а теперь здесь хозяйничали аммонитяне, их задержали и царские послы отправились дальше одни.
Часть городов на восточных равнинах ещё со времён Саула контролировали аммонитяне. Ямину был известно, что это город был построен рувимлянами но после падения Моава аммонитяне захватили этот город. Город встретил их неприветливо, на торговых базарах еврейские товары сильно занижались в цене, за право торговать постоянно требовали подарки.
Ямин прогуливаясь по городу пытался увидеть хоть что-то от евреев и не находил этого, но объяснение этому было простое, город долгое время был под властью моавитян. Прогулять вдоль городских стен он видел, что за ним постоянно наблюдают и не ошибся в своих подозрениях, когда купец Иуда выговорил ему:
— Ты ходишь по городу так будто готовишься его захватить. Ты наведёшь беду на нас всех.
Но Ямин ответил:
— Я должен знать город, на случай если нас ждут неприятности.
На всех базарных площадях уже ползли слухи, что после Моава следующими будут Аммонитяне и люди ходили посмотреть на грозных еврейских воинов и разговоры о возможном вторжении звучали всё громче. Аммонитяне на арамейском наречии расспрашивали погонщиков людей Ямина, и они с удовольствием рассказывали, как воевали с филистимлянами, покоряли моавитян и эдомитян и что Господь отдал все земли в руки своего избранника Давида и никому не укрыться от его грозной руки. Через несколько дней купцов и их погонщиков арестовали и заперли в темнице лишь Ямин и Иуда не попали в темницу. Иуда узнал об этом заранее и предупредил Ямина, чтобы тот укрылся. Сам Ямин поспешил в Равву сообщить обо всём царским послам.