Ионафа́н сказал:
— Как ты мог такое подумать? Если я узнаю, что отец решил причинить тебе зло, неужели я тебе не скажу?
Давид спросил Ионафа́на:
— Кто сообщит мне, если твой отец разозлится и ответит тебе резко?
Ионафа́н предложил Давиду:
— Давай выйдем в поле.
И они пошли в поле. Ионафа́н сказал Давиду:
— Пусть Господь, Бог Израиля, будет свидетелем, что завтра или послезавтра я поговорю с отцом. Если он хорошо к тебе относится, я обязательно сообщу тебе об этом. Пусть Господь меня сурово накажет, если станет ясно, что отец хочет причинить тебе зло, а я не предупрежу тебя и не дам тебе спастись. Пусть Господь будет с тобой, как он был с моим отцом. Но и ты проявляй ко мне преданную любовь, какую проявляет наш Бог, — как при моей жизни, так и после моей смерти. Не лишай своей доброты и моих домашних даже после того, как Господь истребит с лица земли всех твоих врагов.
Так Ионафа́н заключил соглашение с родом Давида, сказав:
— Господь призовёт к ответу врагов Давида.
Ионафа́н попросил Давида снова поклясться своей дружбой, ведь он любил его всей душой.
Затем Ионафа́н сказал:
— Завтра новолуние, и твоё отсутствие заметят, ведь тебя не будет за столом. А послезавтра о тебе наверняка спросят. Иди туда, где ты скрывался на днях, и оставайся возле того камня. Я выпущу три стрелы в его сторону, как будто стреляю в цель. Затем я прикажу слуге отыскать стрелы. Если я скажу ему: «Стрелы рядом с тобой, возьми их», тогда выходи. Клянусь Господом, живым Богом, ты можешь быть спокоен и тебе ничего не грозит. Но если я скажу слуге: «Стрелы впереди тебя», то уходи, Господь отпускает тебя. И пусть Господь всегда будет свидетелем соглашения, которое мы заключили.
Давид спрятался в поле. Когда настало новолуние, царь сел за стол. Он, как обычно, сидел на своём месте у стены. Ионафа́н сидел напротив, Авне́р — возле Сау́ла, а место Давида было свободным. Сау́л подумал: «Случилось что-то, из-за чего он нечист. Да, наверное, он нечист» — и ничего не сказал в тот день. На следующий день место Давида опять пустовало. Тогда Сау́л спросил своего сына Ионафа́на:
— Почему сын Иессе́я не пришёл к столу ни вчера, ни сегодня?
Ионафа́н ответил Сау́лу:
— Давид попросил у меня разрешения сходить в Вифлеем. Он сказал: «Прошу, отпусти меня. Наша семья приносит в городе жертву, и мой брат позвал меня. Позволь мне пойти повидаться с братьями». Поэтому его нет за царским столом.
Сау́л разозлился на Ионафа́на и сказал ему:
— Сын непокорной женщины, думаешь, я не знаю, что ты заодно с сыном Иессе́я? Ты позоришь себя и свою мать. Пока жив сын Иессе́я, не устоишь ни ты, ни твоя царская власть. Сейчас же пошли за ним и пусть его приведут ко мне. Он должен умереть.
На это Ионафа́н сказал Сау́лу:
— За что его убивать? Что он сделал?
Но Сау́л метнул копьё в Ионафа́на, чтобы убить его, и тот понял, что отец решил убить Давида. Ионафа́н вышел из-за стола в сильном гневе и ничего не ел в тот день, потому что очень переживал за Давида и потому что отец унизил его.
Утром Ионафа́н вышел в поле, чтобы встретиться с Давидом, и с ним был юный слуга. Ионафа́н сказал слуге:
— Беги, ищи стрелы, которые я пускаю, и тот побежал.
Ионафа́н выстрелил так, чтобы стрела упала впереди слуги. Когда слуга добежал до того места, куда упала стрела, Ионафа́н крикнул ему:
— Стрела впереди тебя!
Он добавил:
— Беги быстрее! Не медли!
Слуга Ионафа́на собрал стрелы и вернулся к своему господину. Он ни о чём не догадывался, только Ионафа́н и Давид знали, в чём дело. Потом Ионафа́н отдал лук и стрелы слуге и сказал ему:
— Отнеси это в город.
Когда слуга ушёл, Давид вышел из укрытия, которое находилось поблизости, с южной стороны. Он упал на колени и три раза поклонился до земли. Они поцеловали друг друга и оба заплакали, но Давид плакал сильнее.
Ионафа́н сказал Давиду:
— Иди с миром, ведь мы оба поклялись именем Господа, сказав: «Пусть Господь всегда будет свидетелем соглашения между мной и тобой и между моими потомками и твоими потомками».
Давид ушёл, а Ионафа́н вернулся в город.
Двенадцатая глава
Адуллам
Он вышел из Гивы, идя по гористой дороге Вениамина. Давид внимательно наблюдал за дорогой, поскольку знал, что Саул может послать погоню. Как только он замечал поднимающуюся вдали на дороге пыль, он прятался за скалу и ждал, пока прохожие не пройдут. И действительно, часто это были израильские патрули.