Давид повернулся и посмотрел на Бенаю.
— Ты хоть понимаешь, что внутренние смуты не давали им возможность собрать все силы. Господь спас нас и теперь мы не должны сидеть, сложа руки.
— Мой господин, — Беная склонил голову, — Я готов выполнить ваши указания.
— После вечернего ужина приведи ко мне Ахитофела.
— Да. Мой господин.
Ужин был весьма скромным. Давид, размышляя над дальнейшими действиями, ограничился ячменными лепешками с медом. Вечером к нему привели Ахитофела. В полутьме на ложе лежал царь и, Ахитофел склонив голову, не посмел присесть.
— Садись Ахитофел. — сказал Давид, — Говори как там дела у аммонитян?
— Я привез мирный договор с царем Нахашом, — Ахитофел вытащил футляр, — Аммонитяне не желают войны и готовы торговать с нами.
— И ты, проделал такой большой путь, чтобы сказать мне об этом, — иронически произнес Давид.
— Нет. Я готов служить вам даже когда вы в большой опасности и готов преломить с вами черствую лепешку в холодной пещере, — тут уж Ахитофел немного обозлился, — Никто и никогда не скажет что я трус.
— Ну, так чего же ты приехал?
— Хочу служить вам когда вы в окружении врагов, — произнес Ахитофел тяжело вздыхая, — Вы окружили себя этими людьми и не доверяете гораздо более достойным своим слугам.
Давид с удивлением посмотрел на Ахитофела. Льстит и тут же наговаривает. Давид не любил такого в людях. Но если он так рвется служить…
— Вот это письмо, — Давид достал кожаный футляр запечатанный печатью, — Доставишь его к пелетеям. Передай его лично их царю Хададу.
— Мой господин, — Ахитофел стал сразу мрачным, — Я просил службу, а вы поручаете мне то, что может выполнить этот Хушай. Если я сейчас уеду, то уже не вернусь до весны.
— Да. Возможно, — согласился Давид, — Но для меня важно, чтобы именно ты выполнил это задание. Убеди этого царя пойти на мое предложение. Если сделаешь это, то я обеспечу тебе почет и уважение при царском дворе.
Ахитофел задумался. Тяжело вздохнул.
— Я выполню ваше поручение. Но я должен знать, что говорить и каковы ваши планы.
Иерусалим встречал своего царя. Давид въезжал на роскошной колеснице украшенной золочеными тканями. Впереди шли пелетеи и керетеи, четко шагая, не обращая внимания на кричащих людей. Далее шли копейщики и обозы.
Давид прибыл в свой дом. Отдав приказ Адораму открыть погреба и выдать народу бочки с вином и сикерой и, поставить поваров готовить ячменные лепешки. Затем посмотрел на Бенаю и произнес:
— Пошли вестовых ко всем военачальникам. Завтра жду всех на совещание.
И не оглядываясь, ушел в свои покой.
Праздник, устроенный по поводу благополучного исхода вторжения филистимлян получился на славу. Помимо напитков Давид велел угощать лепешками с медом и пластами изюма. До глубокой ночи по улицам города бродили радостные горожане в обнимку с воинами.
Иоав бен Церуи шел вместе со своим сыном Асаилом. Оба подошли к дому Авишая. Тут они увидели у ворот вестового. Посла царя Иоав мог узнать даже ночью. Ахар сын Авишая, в этот момент как раз получал кожаный футляр с царской печатью.
— Интересно, — произнес Иоав, — Пошли, посмотрим, что там прислал наш царь.
— Может, пожаловал новые земли, — простодушно предположил Асаил.
— Земли, — тут Иоав лишь усмехнулся, — Зная Давида, я могу предположить, что пока все веселятся, он уже задумал новый поход.
— Да он же едва спасся, — возмутился Асаил, — Отсиделся в пещере, пока мы собирали людей и сдерживали натиск филистимлян. А теперь готов бить разгромленного врага пока тот не набрался сил.
— Это на самом деле очень хороший план. Давид не прятался, а отвлекал на себя часть филистимлян, пока мы собирали людей. Просто в этом весь Давид. И не смотря на все, что я о нем думаю, я уважаю его. Он не просто в невозможных обстоятельствах дважды разгромил филистимлян, но и гнал их до Гезера.
Авишай сидел у печи и читал послание. Асаил ушел к Азару. А Иоав присел напротив. Он налил себе вино в чашу и спросил:
— Царь пожаловал тебе новые земли.
Авишай удивленно посмотрел на Иоава.
— Ты когда пришел, — спросил он удивленно?
— Да вот только что. Ты так поглощен был чтением что не заметил меня.
— Да ничего такого, — Авишай протянул послание Иоаву, — Завтра заседание военачальников. И зачем? Вопрос по восстановлению порядка может решить и малый Совет.