Царь Саул смотрел на своих советников, он пытался понять, что делать дальше, после столь сокрушительной победы никто не ожидал, что у филистимлян есть ещё силы проводить такие вторжения. Он посмотрел на своего сына Ионафана и вспомнил про Давида, и почему интересно его здесь нет.
– А где же наш герой Давид спросил Ионафана, он же наш герой я бы хотел услышать и его мнение.
– Слуга твой Давид посчитал, что ему нечего делать на этом собрании, – ответил Ионафан.
Саул вновь обвёл всех тревожным взглядом и произнёс:
– Жаль, что герой победы над Экроном не почтил нас своим присутствием, мы сейчас испытали большое поражение, много наших людей погибло, и Гива вновь испытала осаду. Поэтому я хочу услышать, как такое случилось и что можно сделать.
Он обратил внимание на иудейских старейшин и обратился к ним:
– Господа иудейские старейшины, противник прошёл по вашей земле и вы должны были его остановить, мой передовой отряд послан был лишь разведать обстановку и встретить передовые отряды филистимлян, попал в засаду на вашей земле, много людей погибло. Так почему вы ничего не сделали, чтобы это предотвратить?
Старейшины хмуро переглядывались друг с другом, наконец, один сказал:
– Господин царь Саул всем известно, что остановить противника, когда он приходит в большом количестве невозможно, именно поэтому мы выбирали всегда судей либо военачальников которые собирали народ и выступали против наших врагов. В этот раз произошла та же самая ситуация но царь уплатил выкуп не стал вступать сражение, не стал преследовать но обвиняет нас в бездействии.
У Саула непроизвольно сжались кулаки, он почувствовал большое желание бросить копьё в этого человека. Тут встал Авнер и произнес:
– В царстве Израиля много городов где живут евреи, но среди нас много хананеев и они ждут филистимлян. Как мы можем бороться с филистимлянами, когда в любом городе есть хананеи, которые предают нас. Вспомним Иерусалим который открыл ворота и кормил филистимлян во время осады Гивы или Бет–Шэан который не подчиняется нам, Город пальм и города Гаваона. Как можно воевать с филистимлянами, когда враги окружают нас в наших городах.
Старейшины одобрительно закивали головами, и царь Саул расслабился.
Тут Ионафан взял слово:
– По поводу преследования укор старейшин я считаю справедливым и потому прошу царя разрешить мне преследовать филистимлян.
Царь недоуменно произнес:
– Это очень опасно, даже если ты возьмёшь тысячу своих воинов как ты планируешь биться с противником их гораздо больше.
– Я возьму Давида с собой с именем Господа мы разобьём филистимлян. Кроме того основная моя цель узнать сколько городов они захватили и можно ли их вернуть.
Царь задумчиво поглядел на старейшин и произнес:
– Хорошо проведите разведку, если будет успех, присылай гонцов, и я пошлю тебе больше войска, а мы пока подумаю что нам делать с хананеями.
Давид стоял на городской стене, Гива располагалась на большом холме, поэтому подход к городу был, поэтому затруднён. Он впервые увидел осаду города, когда небольшие отряды подходили к городским стенам выпускали стрелы и уходили. Попытки выйти за стены приводили к столкновению, Ионафан приказал прекратить вылазки для сохранения жизни своих людей.
Все окрестности были сожжены и по слухам филистимлян хорошо приняли в Иерусалиме. После поединка с Голиафом Давиду казалось, что воевать, не так уж страшно, с именем Господа можно поразить любого врага. Но сейчас он убедился, что ничего не знает о том, как воевать.
Ионафан подошёл к нему.
– Тяжкие это думы вот так смотреть на то, что творят филистимляне.
– Да мой господи, – сказал Давид, – я думал, что после той победы знаю все, но теперь я понял, что не знаю ничего. Как победить того кто легко заходит в любой город, осаждает тебя в твоей крепости. Почему нет крепостей с хорошим гарнизоном для охраны границы, почему Иерусалим принимал филистимского царя и кормил его воинов.
– Слишком много вопросов Давид, может, станешь когда–нибудь военачальником и будешь охранять границы, а сейчас надо думать, как справиться с этой бедой. Царь одобрил небольшую вылазку, я беру свою тысячу воинов, иду по следам филистимлян. Хочу, чтобы ты пошёл со мной и встал во главе сотни воинов.