Неподалеку от усыпанного телами поля боя расположился лагерь израильтян. Колесницы трогать не стали, а лошадей отобрали самых лучших, таковых нашлось не больше ста. Остальным перерезали жилы, чтобы сделать их не пригодными для сражений. Давид решил привести к покорности царей за Евфратом, а затем уже все города до Дамаска.
Беная показывал примерную карту расположения городов и дорог к ним. Иоав тем временем говорил:
– Все города придется брать, поскольку никто так и не прислал своих послов. Мы все войско здесь положим и, аммонитяне после этого осмелеют.
Но Давид не согласился и, показав пальцем на камешек, сказал:
– Здесь Дамаск, возьмем его и войне конец.
Иоав все еще сомневался, но Давид велел свернуть лагерь и направляться к Дамаску. По пути никто на них не нападал, но иногда на горизонте появлялись всадники. Они подошли к Дамаску, и город их встретил мрачным молчанием.
При попытке подойти к городу на стены высыпали горожане и под радостные крики посыпались стрелы. А затем заревели трубы и со всех сторон появились вражеские воины. Иоав действовал грамотно. Велел поставить обозы кругом и стрелять по всадникам. Волны атакующих появлялись с разных сторон и, Давид хорошо понимал, что придется выйти и сразиться с ними, поскольку стрелы его людей не бесконечны.
Наконец сирийцы и аммонитяне пошли на штурм, пытаясь растащить повозки и впустить конных лучников и, в этот момент лучники сосредоточили обстрел, и вражеские копейщики, потеряв много людей, отступили. С приходом темноты казалось, атаки прекратятся, но посыпались огненные стрелы и Иоав кричал:
– Тушите огонь, лучники стреляйте по месту, откуда сыпется стрелы.
Стрелкам удалось подавить источник выстрелов, но лошади испуганные пожаром бросились в разрыв между обозов и исчезли в темноте. Иоав мрачно сказал:
– Запасов воды у нас мало, а завтра будет, скорее всего, сильный зной. И стрелы иссякают у нас слишком быстро.
Давид мрачно смотрел на нависающие в темноте высокие стены Дамаска и решительно произнес:
– Надо взять город иначе нам придется здесь туго.
Он повернулся к Иоаву.
– Расставьте дозоры и готовьтесь к отпору. Если у нас все получится, то готовьтесь войти в город, – повернувшись к Авишаю, он произнес, – Собери надежных людей и тихо пойдем к городу. Лучше всего обойти город к дальним воротам, где мало охраны.
Авишай посмотрел в темноту и, повернувшись, произнес:
– Да лучше к дальним воротам там нас точно не ждут.
В ночной темноте без факелов и масляных ламп двигался отряд из пятидесяти человек. Возглавляли отряд Авишай и сам царь Давид. В темноте городские стены казались ещё выше и давили своей чёрной массой. Масляные светильники наверху стен помогали определять, куда нужно было идти.
Дамаск располагался на южном берегу реки, название которой Давид не помнил, здесь было трое главных ворот, от которых шли торговый пути, из–за холмистой местности стены были неровные и, видно было, что строили их не сразу, а по мере необходимости.
Отойдя на приличное расстояние, они подошли к стене и долго прислушивались, но не заметили здесь никого. С собой они взяли несколько длинных лестниц и, сейчас связав их, они поставили длинную лестницу к стене.
Первым полез самый лёгкий воин, он исчез в темноте и, долгое время не было слышно ничего, наконец, масляный светильник зашевелился и сделал несколько взмахов и, следом полезли ещё десять человек один за другим, чтобы не перегружать лестницу. Когда Давид последним залез на стену, то увидел что Авишай уже вошёл в сторожевую башню и были слышны глухие звуки.
Ворвавшись в помещение, он увидел, что охрана вся связана. А Авишай довольно улыбаясь, сказал:
– Их всего пять человек здесь, ворота уже открываем, что дальше делаем мой царь.
При этих словах глаза связанных охранников округлились.
– Пошли людей, пусть все тихо идут сюда, не надо ничего с собой брать, это только замедлит движение. Входя в город, берём все укреплённые места, а самое главное дворец правителя.