Вошел Иорам, перебирая свитки.
Он сказал:
– Пришло сообщение с восточных земель. Горцы опять спустились и напали на поселения. Управители просят помощи.
Маон откинулся на ложе. Зиму он пережил тяжело и даже с наступлением лета почти не выходил из комнаты. Он произнес:
– Как некстати. Может опять Рисий постарался?
– Возможно. Но что это ему даст. Мы все равно пойдем на него.
– Твой брат участвовал в интригах царей, – слабо сказал Маон, – Он знает, что пока мы будем гоняться за горцами, он укрепит свои позиции.
– Что же делать?
– Выполни свой долг. Как разберешься с горцами, немедля возвращайся.
Все лето войско во главе с Иорамом и Охозией гонялось за горными ордами. Бой они не принимали. В конце концов, горцы ушли в свои ущелья. Братья поставили лагерь в предгорьях восточных гор.
Вечером братья сидели в палатке, и пили вино. Иорам мрачно смотрел на огонь очага. Стукнув кулаком по колену, он произнес:
– Сколько можно торчать в этих горах. Горцы по любому уже не вернуться. Лето заканчивается, а мы даже ни одного горца не поймали. Я даже не сомневаюсь что это дело рук Рисия. Я лично с ним разберусь за такие козни.
– Стоит ли так переживать из-за Рисия, – Охозия посмотрел на брата и продолжил, – Отец хочет подчинить своей воле всех. Я не знаю, зачем это делать. Но что если после его смерти народ не захочет признавать тебя наследником. Для всех наследник Кеназ.
– И что, – удивленно спросил Иорам, – Отец объявил наследником меня. Народ должен уважать волю своего царя. А если не уважит, то войско на моей стороне. А с мечом в руке я улажу любой конфликт.
– Это все видимость, – покачал головой Охозия, – Ты в плену своей фантазии. Войско идет за князем лишь пока он делает то, что им нравится. Ты думаешь, почему Рисий полагается лишь на макацаитов и наемников. Они будут верны тому, кто защищает их дома и семьи. Твое войско из столицы. Их набрал наш царь. Их верность надо заслужить.
– Я думаю, ты не прав, – задумчиво ответил Иорам, – Но даже если ты прав отец еще жив. Поэтому сейчас все твои мысли бессмысленны.
В этот вечер Охозия еще долго бродил по лагерю. Забравшись на небольшую возвышенность, он долго там сидел и смотрел на звезды. Что–то его беспокоило. Но вот что, он понять не мог.
Он пытался объяснить Иораму, что сейчас важно думать о будущем. Но брат его не понял. Он думает, отец вечен. Но это не так. И когда его не станет, начнется усобица братьев. И в этом конфликте им не поможет никто.
Выход один. Надо признать как власть Рисия в Макаце, так и право на престол Кеназа. Если все сделать по закону, то больше никто не усомнится в справедливости решения царя. Это будет означать мир для всех.
Охозия пошел к себе. Все его мысли просто глупы. Как он может доказать что то тем кто хочет сложить свою буйную голову во имя власти. В любом случае завтра его брат, скорее всего, решит вернуться в Ашдод. Тем лучше.
Утром Охозия проснулся от сильного шума. Лагерь явно был чем–то взбудоражен. Он вышел и увидел, как воины в полном боевом облачении ходили по лагерю и громко, что–то обсуждали. Они все шли к центральной площадке.
Там обычно располагался военный штаб. Воины уже полностью заполнили всю площадку. Охозия пробрался к группе боевых командиров и увидел Иорама. Он подошел к нему и спросил:
– Что случилось. Почему все здесь собрались.
Иорам молчал. Он был подавлен и явно не знал что делать. Он тихо произнес:
– Отец умер.
– Что! – Охозия с удивлением смотрел на своего убитого горем брата, – Значит, мы возвращаемся.
– Не совсем, – Иорам с беспокойством смотрел на свое войско, – Там бунт в столице. Горожане освободили Кеназа и посадили на престол. Если я сейчас поверну войско, то это будет означать войну.
Охозия посмотрел на воинов. Они стояли на площади и громко обсуждали новости о мятеже. Если Иорам решится, то начнется война. Он спросил: