– Я еще посмеюсь, когда ты будешь бежать от меня, – крикнул Кеназ и галопом поскакал в сторону Египта.
Царь Рисий и царица Бриония входили в престольный зал, где собрались придворные, жрецы, военачальники. При появлении правителя и его супруги знатные лица царства с почтением кланялись.
Царь и царица сели на престолы. Азария, громко произнес:
– Царь Ашдода и князь Макаца, Рисий бен Маон, владыка Хораи и его супруга, царица Бриония. Мы, придворная знать, а также знатные лица всего царства приветствуем нашего владыку. Мы ждем ваших пожеланий и приказов, мой господин?
– Я рад видеть моих поданных, – милостиво сказал Рисий, – В последние годы были только бедствия. Поэтому необходимо поднимать царство из той ямы, куда его загнали алчные устремления моих братьев. Мы сможем преодолеть все это вместе. В ближайшие годы я намерен снизить подати для землепашцев и создать мягкие условия для купцов и торговых домов. Но все это означает, что вам рабовладельцы и земледельцы придется в ближайшие три года отдавать треть доходов своих земель в царскую казну.
Знать недовольно начала перешептываться.
– Я так понял, что нас хотят обобрать, – недовольно сказал один из землевладельцев, – А как же чернь. Или те же купцы. Люди тоже должны платить. А купцы и торгаши всегда имеют прибыли. Вот пускай они сами, и платят треть своих доходов.
– Сначала представься. – Недовольно произнес Рисий, – А затем уже спроси позволения сказать слово. Мы не на народном вече. Ты здесь стоишь перед своим князем.
– Я прошу прощения, – угрюмо произнес уязвленный магнат, – Я Ира. Мои земли возле Ашдода самые крупные. И ваши повеления ударят именно по таким как я. Мы можем оказать поддержку вам, но ущемлять наши права не позволим.
– Здесь решаю я, – холодно произнес Рисий, – А за такие речи можно и в темницу попасть. Мое решение окончательное и не подлежит обсуждению.
– Зря ты так сурово.
Рисий непонимающе посмотрел на свою жену Брионию. Она пояснила:
– Тебе сейчас поддержка нужна. А ты обираешь этих людей. Они просто отвернутся от тебя. Многие поговаривают о том, что это ты приказал убить Иорама и Охозии. Неужели ты это сделал? Это же твои братья.
– Ты говоришь глупости, – отмахнулся Рисий, – Зачем мне убивать моих братьев. Эти сосунки не представляли никакой угрозы. А что касается знати, то я должен показать им их место. Иначе они меня просто выкинут с трона как они это делают с любым слабым князем.
Осенью пришло письмо от Иоава. Рисий сидел у себя в кабинете с Итмой. Он развернул свиток. Затем протянул его секретарю и сказал:
– Читай. Послушаем, чего там нам пишет этот военачальник.
– Господин Иоав, военачальник Израиля приветствует своего десятника Рисий, начальника гарнизона Макаца. До нас дошли слухи, что в земле Хораи творятся беспорядки. Брат пошел на брата, предавая землю разорению. Многие несчастья свалились на народ Хораи из–за попрания законов справедливости. Законный наследник князь Кеназ изгнан тобой десятник. Я как ваш военачальник буду судить вас. Весной я ожидаю тебя в Иерусалиме. Там в моем доме я выслушаю ваши доводы и приму решение. Это решение принесет мир и порядок в Хораю.
Секретарь отложил свиток. Рисий сидел весь красный. Он ничего не говорил погруженный в свои мысли.
– Значит десятник, – пробормотал он, – А я его слуга. Жалкий раб на побегушках. И кто же его назначил моим командиром?
Итма решил поддержать своего царя.
– Мой князь. Иоав проявил наглость. Вы правитель Хораи и Ашдода. Что он вам сделает. Он же просто военачальник. Если вы не поставите его на место, то в другой раз он просто прогонит вас палкой как собаку.
– Палкой, – Рисий посмотрел на секретаря, – Напиши этому Иоаву. Я царь Ашдода, князь Хораи и Макаца Рисий бен Маон не давал никаких обязательств. А потому не отчитываюсь в своих действия перед военачальниками соседних царств. Мой брат Кеназ оказался не состоятельным правителем. Именно поэтому я изгнал его, если ты военачальник придешь в мою землю, то станешь для всех завоевателем. В этом случае мы прогоним тебя, как и всякого захватчика.
Ответное письмо пришло уже через неделю. Иоав был очень разгневан таким ответом. Во втором письме он написал: