– Господин.
Давид повернулся. Оруженосцы стояли рядом, а за ними два его племянника. Давид недовольно произнес:
– Иоав я кажется, все тебе сказал, зачем ты приехал?
Они поклонились.
– Мы славно бились в Гаваоне, – сказал Авишай, – И теперь мы готовы служить нашему царю и выполнять его повеления.
Давид недовольно смотрел на своих родичей.
– Ну, пошли. Обсудим, как нам быть с Гивой.
Авнер стоял на стене и смотрел, как все больше увеличивался лагерь Иудеев. Лето шло на завершение, и в случае затянувшейся осады жителям грозил голов. В таком случае терпеть Авнера горожане не станут.
Авнер повернулся к старейшинам города.
– Надежны ли стены? Скоро иудеи пойдут на штурм, готовы ли вы к отпору.
– Господин. Город укреплял Саул. Наши стены не взять ни одному войску.
– Нас могут взять измором, – сказал Авнер, – И тогда никакие стены нас не спасут. Измором брали и не такие крепости. Мне бы не хотелось, сойти с ума от голода и покончить собой.
– А царь Иш–Бошет. Он же придет с войском и прогонит узурпатора.
– Да, да, господин. Царь.
Энтузиазм советников не повысил настроение Авнеру. Он тоже надеялся на царя, что тот не струсит и пошлет войско. Но тот слишком медлил. Если царь промедлит до осени, то горожане могут и не выдержать. В конце – концов, Давид по праву принял царство.
Такие же соображения беспокоили и самого Давида. Ахиэзе́р сын Шема́и из Ги́вы привел еще тысячу воинов и принес тревожные вести. Израильские войска идут из Маханаима. Это означало, что Иш–Бошет готовится к большой войне.
На совещании Иоа́с брат Ахиэзе́ра сказал:
– Царь теряет свое влияние. Все Нагорье переходит на нашу сторону. Вся долина Изреельская ушла к филистимлянам. В этой ситуации я уверен царь решил навязать нам большое сражение.
– Не хотел я биться с братьями евреями, – сказал Давид, – Вопрос в том успеем ли мы взять этот город до появления израильтян.
Советники молчали. Они не знали что сказать.
Опасения Давида оправдались. Появление израильских войск привело к переходу Израильских племен на сторону Иш–Бошета.
В начале осени израильское войско подошло к Гиве. Они поставили лагерь там, где еще седмицу назад стоял сам Давид. Но теперь там были друзья. И Авнер поспешил вместе со старейшинами города, предстать перед царем.
Авнер был сдержан в присутствии старейшин города. Иш–Бошет милостиво сказал:
– Мы пришли так быстро как могли.
– Мы едва не пали, мой царь. Горожане все ослабли от голода.
– Мы с этим разберемся, – сказал Иш–Бошет, – Царские амбары дозволяю открыть и накормить народ.
– Нужно догнать мятежника Давида и разгромить его, – говорил Иш–Бошет, – Авнер собери добровольцев и вооружи их?
– Люди здесь слабы, и не смогут идти с нами, – сказал Авнер, – Я отберу самых выносливых. Но людей у Давида очень много, здесь надобно обдумать предстоящее сражение.
– Здесь нечего думать, – сказал Иш–Бошет, – Мы нападем на них, и все разбегутся, поскольку сражаться за такого царя никто не захочет.
Авнер задумался. Иш–Бошет слишком самонадеян, а Давид очень опасен, и можно потерять все в случае разгрома.
– Давид по праву носит царский венец и надо показать иудеям его несостоятельность.
– Об этом не беспокойся, – сказал Иш–Бошет, – Я покажу свою силу Давиду, и все увидят, какого человека они избрали в цари.
Давид смотрел на войско израильтян. С верхней площадки сторожевой башни было отлично видно, как они построили лагерь и начали разворачивать осадные укрепления. По опыту Давид знал, что это займет некоторое время.
Сейчас войско расползлось, и умный полководец будет делать вылазки до тех пор, пока осадные валы не образуют сплошное кольцо. Впрочем, умный полководец может быть и в войске израильтян. И тогда их ждет горячий прием.