— Я могу, десятник. — подал голос Нвард. — У меня усы еще только начали пробиваться, никто и не поймет, что я царский гвардеец.
Ну тут парень, конечно, прав — пушок на его верхней губе на усы ещё никак не тянет.
— Я, конечно, не Блистательный, — подал голос Энгель, — но тоже мог бы его величество сопровождать. С ножом-то я, уж всяко, не хуже Нварда управляюсь. И усов у меня, опять же, покуда нет, сойду за монашка.
— Дедушка, а можно и нам с тобой? — заканючил Утмир. — Мне тоже интересно.
— Ну ладно, правильно косички я всем заплету и царевичам свои запасные сутаны дам. — произнес Тумил таким тоном, будто бы я уже дал свое согласие на участие наследников в вылазке. — А на вас, орясины, что надеть?
Действительно, и Энгель, и Нвард выше его на голову.
— У Шаптура запасную спросят. — внуки все равно не отстанут, так что и обсуждать тут нечего — главное чтобы Валисса ничего не узнала до нашего утекания из Ежиного гнезда и не выела мне мозг. — Ну и у меня вторая имеется.
Утмир, понявший что допущен до вечернего мероприятия восторженно пискнул и даже подпрыгнул на месте.
— Вака, друг, — я одной рукой обнял десятника за плечи, — разменяй пару драм мелочью.
Операцию по повторному вторжению Лисапета в Аарту произвели, по предложению Энгеля, с использованием сил флота — тайком спустились к речному порту и на ялике поднялись по Поо чуть выше по течению, после чего десантировались на берег, а наше плавсредство с гребцами отправилось обратно. Затем, сделав небольшой крюк, оперативное соединение имени меня, уже на закате, вышло к воротам Кагенова посада и никем не остановленное (с монахов и послушников плата за вход в город не взимается) проникло в беднейшую часть города.
Я, кажется, уже упоминал, что укрепления этой части Аарты величием не впечатляют? Так вот, то, что за ними укрыто, тоже не впечатляет, причем от слова «совсем». Утмир с Асиром даже замерли на миг в воротах, узрев местные «хоромищи» — пришлось легонечко подтолкнуть их в спины, чтоб не загораживали проход.
— Милейший, — обратился я к стражнику, продолжая исподволь запинывать в родной город царевичей, — не подскажешь, где несколько путников, путешествующих по святым местам, могли бы заморить червячка с дороги, не рискуя оказаться в неприятной истории? Желательно, конечно, при этом и не отравиться поварской стряпней.
— В Кагеновом посаде-то? — усмехнулся одноусый. — Ну ты, брат, и задачки задаешь. Тебе бы хоть в Новый город подняться.
— Мы так и сделаем, но юный Утмир, — я положил руку на плечо младшего внука, — сильно утомлен дорогой, и я думал дать своим послушникам немного передохнуть, а затем уже идти далее.
— Тогда загляните в «Коровью лепешку», — кивнул стражник. — Это тут, рядом, за четвертым поворотом — в ней, обычно, останавливаются гуртовщики и прочие обитатели предместий, снабжающие продуктами столицу.
Мой собеседник ухмыльнулся, широким жестом обвел окружающее пространство, и не без язвительности в голосе добавил:
— Блистательную.
— Солнце тебя храни. — я осенил стражника знаком Святой Троицы и последовал в указанном им направлении.
Едва мы отошли на несколько шагов от ворот, как младший царевич повернулся ко мне и со смесью ужаса и изумления произнес:
— Дедушка, а вот это вокруг нас… Это что?
— Это дома. — невозмутимо ответил я.
— И в них что же… — охнул мальчик. — Живут?!
— Разумеется. — я кивнул. — Что же еще в домах делать?
— Но… Как?!
— Полагаю, что весьма неважнецки.
— Ну а ты что думал, высочество? — вступил в беседу мой стремянной. — Не всем же жить во дворцах. К тому же беднякам Аарты грешно жаловаться на свои убогие лачуги: в устье Великой Поо даже зимой довольно тепло. А вот у меня дома, в Старой Башне, едва снег начинает ложиться, такая холодина начинается, что хоть ложись, да помирай. Еще и из щелей в стенах ветер гуляет.
— Разве нельзя щели заделать? — удивился мальчик.
— Можно. — согласился герой корреры Тампуранка. — Только не на что. Как вот местным не на что построить нормальное жилье.
— Отчего же хефе-башкент допускает такую убогость в Аарте? — хмуро спросил Асир, чвакнул ногой в сандалии в луже, сморщился и добавил: — И такую грязь?
— Гнать людей с земли за их бедность — не лучшая идея. — покривился Тумил.
— К тому же ты не справедлив к князю Штарпену. — добавил Энгель. — Приглядись внимательнее, улицы Кагенова посада идут не абы как, а тянутся словно лучи, значит застройка идет по плану. И чем дальше дома от вала, приглядись, тем они добротнее. Думаю, это просто временные халупы, построенные лишь бы место за собой застолбить. Хотя дороги здесь, конечно…