— Знаешь ли ты этого воина? — спросил царь, указывая на Алексея.
Марья взглянула на богатыря и ответила: — Царь-батюшка, он назвался Алексеем, служивым при десятнике. Этим летом я перевозила его на лодке.
— И всё? Не более?
— Да, батюшка. Потом я видела его только при твоём дворе, и мы ни разу не разговаривали.
— Алексей, повтори свои обвинения, — потребовал царь у воина.
— Я приехал в столицу, где мне и рассказали мужики, что есть здесь такая девушка, которой тяжело живется одной, лодочницей работает. Если подаришь ей еду и одежду, красавица отблагодарит тебя по-девичьи… Стыдно признаться, царь, но и я не без греха. Так и познакомился с Марьей.
— Это клевета! — не выдержав, закричала Марья. Она ожидала чего угодно, но не таких обвинений. Да, её частенько унижали и гнобили из-за происхождения и магических способностей, но никто не смел обвинять в таком.
— Мои соседи могут это подтвердить! Никто ко мне не хаживал! – к глазам Марьи подступили слёзы, она так устала бороться с несправедливостью жестокого мира! В горле возник ком, руки дрожали, перед глазами полыхнула алая вспышка.
– Нет, нет! Держи себя в руках! Не хватало ещё, чтобы они тебя в чёрном колдовстве обвинили, — пыталась успокоить себя Марья.
— Продолжай, Алексей, — спокойно промолвил царь, проигнорировав её слова.
— Потом я увидел Марью во дворе во время пира. Мужики сказали, что это невеста младшего царевича. Я решил не ворошить былое, ведь девка и вправду жила впроголодь, подумал, что, может, сейчас, при сытой жизни за ум возьмётся. Но месяц назад Марья снова позвала меня, сказала, жить без меня не может...
— Это ложь! — перебила его Марья, сдерживаясь из последних сил. В углах палат потухли факелы. Девушка изо всех сил старалась обуздать злость и не позволить своей магии сжечь этого подонка.
— У меня есть доказательства, — промолвил Алексей и достал из мешочка маленькую золотую подвеску.
— Она сказала, что замуж выйдет за Ивана, но сердце её будет вечно принадлежать мне, и подарила материнскую подвеску.
— Ты украл её у меня! — вновь закричала Марья.
— Марья, Алексей не вхож в царские палаты, Является только по требованию, по дворцу расхаживать не может. Как он мог украсть твою подвеску? — вмешался в спор старший царевич. В его голосе не слышалось осуждения.
— Он подговорил одну из служанок, чтобы она украла, — выдавила из себя Марья.
— Вот так заговор века! Зачем ему так стараться оклеветать тебя? — ехидно спросил Демитор.
Марья уже открыла рот, чтобы рассказать, как выкинула начавшего приставать к ней нахала из лодки, но её перебил тихий голос Ивана.
— Как ты могла? — в его голубых глазах полыхал огонь. Ледяной огонь ненависти и гнева, способный сжечь девушку заживо. Не ожидая такого от любимого, она от растерянности начала заикаться:
— Ваня, я... я...
— Ты сама говорила, что умрёшь, но не отдашь эту подвеску никому. Кто поверит, что у тебя её украли! Ты во дворце её носила, не снимая! — заричал Иван, стремительно сокращая расстояние между ними. Его остановил старший брат, схватив за рукав и оттащив в сторону.
— Ну что ты, Иван, я прекрасно понимаю, как могли стащить подвеску. Марья, видимо, устала от ласк да задремала, а отвергнутый любовничек и стащил подвеску, чтобы отомстить, вот и весь мотив. — сказал Демитор, криво усмехнувшись.
— Ваня, я этого не делала... — сквозь рыдания только и смогла вымолвить Марья. Ей было всё равно, что говорят и думают другие, но слова жениха рвали её сердце на куски.
— Я не хочу тебя видеть! — прошипел Иван, отворачиваясь к брату, а затем и вовсе выбежал из палат.
Слёзы моментально высохли на глазах Марьи, в ушах зазвенело, последние слова любимого словно громом оглушили её. Звон заглушал все другие звуки, перед её глазами ещё и ещё раз всплывала картинка, с каким отвращением жених посмотрел на неё пару мгновений назад.
Девушка не заметила, как факелы, освещающие палаты, вспыхнув, погасли все разом, погружая помещение в темноту. Только открытые ставни давали слабый рассеянный свет.
— Держи себя в руках, волчица зелёной пущи. За такую измену женщин казнили, но, учитывая заслуги твоей матери перед государством, я тебя помилую. Однако любой провинившийся должен нести наказание. Твоё наказание будет таким: я изгоняю тебя из столицы. За попытку вернуться или увидеться с младшим царевичем ты будешь казнена на месте. Ступай.
Князь устало опустился на трон, бросил на девушку разочарованный взгляд и махнул рукой охране. Они схватили её за плечи и повели к выходу. Марья не сопротивлялась. Казалось, мир рухнул. Остались только ЕГО презрительный взгляд и слова «Я не хочу тебя видеть!»