— Почему не получилось занять Новгород? — спросила у неё Марья.
— Новгородцы заняли оборону и подожгли лес, — ответила Иви.
— То есть кто-то донёс им о том, что вы готовитесь к войне? — Марья и не подозревала, что шпионы Берендея работают столь эффективно.
— Выходит так, — скорбно опустив голову, согласилась Иви.
Марья, стоя на возвышенности, оглядывала неприступный город, в котором прятался её заклятый враг.
— Левтерис, метательные машины могут разбить эти стены? — спросила царица.
— Не достанут, и плоты придётся строить в любом случае, — ответил тактик.
— Хорошо, займитесь этим немедленно, — приказала Марья.
— Может, попробовать атаковать с воздуха? — предложила Иви. — Мы можем быстро собрать отряд.
— Только когда будут готовы плоты, иначе оборотни, которые начнут атаковать сверху, погибнут напрасно, — покачала головой царица. — Лишние жертвы нам ни к чему.
— Ближе к вечеру всё сделаем, — тактик опрометью бросился налаживать строительство плотов.
Марья спешилась и, взяв в руки жезл, уселась на землю, закрыв глаза. Она сосредоточилась на Новгороде. Какое же счастье, что в городе не осталось мирных жителей! По улицам шныряли лишь мужчины из ополчения и дружинники.
— Ворота запечатаны магией. Погибнет много народа, если мы попытаемся их разнести, — пробормотала Марья. — В городе остался один маг, — продолжила она. В видениях возникла низенькая прыткая девушка с длинными чёрными косами. В следующий миг Марья разглядела её лицо и, прервав виденье, вскочила на ноги.
— Вот же урод! — выругалась она, долгое пребывание в воинском лагере не шло ей на пользу. Иви склонила голову, не понимая причину гнева царицы.
— Маг в городе принял облик Моревны! — прошипела Марья, покидая поляну.
Её вновь объяла паника. Сердце бешено колотилось, отдаваясь в ушах глухим стуком. Как же сильно она устала от вида крови и покалеченных людей! В любой момент на неё могли напасть враги, а браслета, который защищал её, теперь нет. Некогда огромная стая ворлоков с каждой битвой всё более редела. Марья вообще сомневалась, что их хватит для атаки на город. Если только оборотни помогут… А сердце сжимала вина из-за пострадавшего Павла.
Сев на кровать в своем шатре, девушка попыталась успокоиться. Март присел рядом. Его крыло практически зажило, но ворон был всё ещё слаб.
— Держись, осталось немного, — прокаркал он.
— Я… Я стараюсь, просто с каждым днём эта паника одолевает всё чаще и чаще. Мне тяжело её контролировать, — всхлипывая, проговорила Марья.
— Ляг поспи. Ещё один день, и мы вернёмся в Синдику, — тихо сказал ворон.
Девушка прилегла, всё ещё продолжая плакать, но через некоторое время её дыхание выровнялось, стало более глубоким. «Уснула. Не создана она для войны, впрочем, как и любая другая женщина», — подумал Март, сидя рядом и охраняя покой царицы. — Не хватало ещё потерять девчонку именно сейчас, когда я так близок к своей цели!
Под вечер Марью разбудил Лисант.
— Ваше величество, пора, — тихо произнёс он, заглянув в палатку.
Марья наспех ополоснула лицо, пока Анаид собирала необходимые вещи.
Лучники Новгорода, не смыкая глаз, дежурили на стенах, ожидая нападения, но противник не спешил. Первыми атаковали птицы, литевшие против солнца его лучи мешали лучникам как следует прицелиться. Положение спасла ведьма, покрывшая практически всё небо огнём.
Ещё днём в город незаметно пробрались стаи горностаев. Они попрятались где только можно, выжидая команды Иви. Едва только новгородская чародейка себя проявила, сотни зверьков разом набросились на девушку, загрызая её насмерть. Несмотря на приказ охранять ведьму ценой жизни, воины не смогли сбить зверьков так, чтобы не навредить ей. В панике она стала кричать, метаться, и огонь утих. Огромные птицы тут же обратились в воинов, молниеносно обезоружив врагов.
Марья видела, как девушка, облепленная грызунами, ослабла от потери крови и упала у лестницы терема без сознания. Печать на воротах исчезла, оборотни поспешили открыть их. Армия Синдики уже подплывала на многочисленных плотах к городу, но защитники на городских стенах не дремали , обстреливая подбирающихся к ним врагов. Марья воспользовалась творящейся вокруг суматохой, спряталась в ближайшей избе и наспех переоделась в одежду местного дружинника, спрятав отросшие волосы под шапкой. Схватив в руки боевой топорик, она окольными путями двинулась к царскому терему. Вскоре к ней присоединились другие оборотни, постепенно их набралось десять человек. Один из оборотней подошёл к Марье и тихо шепнул её на ухо: — Войны Синдики проникли в город.