Сам Константин оказался также высок и статен, выше любого присутствующего чуть ли не на голову. Глядя на этого широкоплечего темноволосого богатыря, не верилось, что он сын того самого бессмертного чародея, что когда-то убил его отец. В народе говорили, что Константин жестокий и хитрый правитель, но лицом прекрасен, словно девица. И эти слухи, похоже, полностью оправдывали себя.
«Ну и где же его знаменитая худоба?» — усмехнулся про себя Святослав, рассматривая царственную особу и припоминая слышанное ранее описание.
Царственный облик Константина отлично подчёркивали дорогие одежды традиционно чёрного цвета, богато расшитые золотыми нитями.
Послы склонили головы в поклоне, приветствуя принца. Святослав продолжал наблюдать за реакцией Константина, по статусу они были равны, и кланяться ему он не собирался. Молодой витязь поднялся с трона и одарил гостей широкой добродушной улыбкой.
— Добро пожаловать в Синдику, друзья! Надеюсь, в пути вас сопровождала удача, — спокойно молвил Константин. Держался он легко и непринуждённо, словно занимался такими приёмами всю свою жизнь.
— Позвольте представить вам царевича Руси Святослава Ивановича, — чуть ли не пропел Юрий.
Святослав сделал пару шагов, приблизившись к синдийцу, Константин пристально вгляделся в лицо русского царевича. Юноше стало не по себе, когда взгляд светло-карих глаз, напоминающих янтарь, остановился на нём, но Константин всем своим видом излучал добродушие.
— Я помню царя Ивана, вы похожи на него более, чем ваш брат. Надеюсь, вам понравится гостить у нас, — вежливо сказал он и слегка улыбнулся уголками красиво изогнутых губ.
— У вас очень красивая страна, — ответил Святослав, фальшиво улыбаясь в ответ. Он с детства не любил подобное словоблудие при дворах, но этикет есть этикет. Чтобы достичь успеха в порученном деле, приходилось играть в эту глупую, как ему казалось, игру вежливости. — Как здоровье царицы Марьи? — поинтересовался он, слегка прибавив доброго беспокойства в свой голос.
Чёрные брови Константина на мгновение нахмурились, а затем на его лице вновь появилась улыбка, но уже более сдержанная.
— Спасибо, царица здорова. Сейчас она на прогулке с внуком и моей женой, — пояснил Константин. — Вечером, я думаю, она почтит нас своим присутствием.
Теперь настала очередь Святослава хмуриться. То, что Марья, пользуясь статусом арбитра между Восточной Европой и Востоком, позволяла себе нарушать придворный этикет, знали все. Но не встретить лично царскую особу, при этом пребывая в здравии...
— Царица настолько низко оценивает нашу страну, что прогулку поставила выше переговоров? — выпалил Святослав, тут же пожалев о сказанном. Он часто страдал из-за своей горячности и старался сдерживаться, но сейчас пылкая сторона его натуры взяла верх над рассудком. Напряжение в зале вмиг словно сгустилось, став ощутимым в самом воздухе. Звенящая тишина затягивалась. Константин уже более серьёзно посмотрел на Святослава, но всё же без гнева в глазах.
— Не мне, соправителю царицы, отчитываться перед наследником престола за её действия, — в бархатистом голосе царевича послышались стальные нотки. Нет, он ничуть не нервничал, в отличие от Святослава, который от волнения взмок, словно его окатили водой, но обида продолжала подначивать русского царевича на ссору. «Соправитель, как же! Отчего ж тогда на коронацию не позвал?» — съехидничал внутренний голос, но в этот раз юноша вовремя прикусил язык. Брат готовился к войне на севере, и ему необходимы добрые отношения с Синдикой для материальной поддержки. Да и мнение старой ведьмы имело вес на востоке, её чтили даже оборотни Зелёной пущи.
— Я, наверное, должен принести извинения за царевича. Он редко покидал родные земли и …
— Нет, Юрий, я должен сам просить прощение за свои слова, — перебил его Святослав. Только этого не хватало, чтобы а него краснели, как за маленького нашкодившего мальчишку.
— Мои слова были резки и необдуманны. Я приношу свои извинения, — сказал Святослав, слегка опустив голову.
Константин вздёрнул подбородок, кажется ему эта нелепая ситуация пришлась по нраву.
— Взрослым грешно обижаться на детей, — примирительно сказал он, тем самым унизив самого Святослава.
Пришлось стерпеть. Юрий всё-таки тоже извинился и преподнёс дары царя. Когда все ритуалы приветствия были исполнены, гостей пригласили к столу отобедать.
Идя по коридору к трапезной, Святослав обратил внимание на развешанные по стенам портреты правителей Синдики. Взор невольно зацепился за лицо предпоследнего правителя этой страны. Он остановился, рассматривая портрет Кощея, затем посмотрел на Константина, что обернулся, выжидающе глядя на гостя. Несмотря на царственную стать, черты лица царевича были такими же, как у отца, но самое главное, он унаследовал необычный цвет его глаз.