— Любовь народа завоюешь сама, а поддержку армии и членов совета обеспечу я. А сейчас иди работай! — с этими словами ворон взмахнул крыльями и набрал высоту.
– Я не хочу быть царицей, Ворлок! – крикнула девушка, но ворон не ответил ей. – Я не смогу, – уже шепотом добавила она.
Страх и смущение охватили Марью. Для поддержки она обняла себя за плечи, постепенно успокаиваясь. – Отец готовил меня к тому, чтобы стать царицей, но в глубине души я прекрасно понимала, что не создана для управления страной. Я надеялась, что после моей свадьбы управление страной ляжет на плечи супруга. Отец был умнейшим и справедливым царём, мне никогда не стать такой! И тем более не хочу втягивать в это дядю…
Рыбаки готовились выйти в море, и Марья направилась к ним, надеясь наняться помощником. Девушка была уверена, что работу ей никто не даст, но буквально на третьей лодке капитан согласился взять её на борт. Судно оказалось достаточно большим по сравнению с другими. Крепкий низкорослый старик оценивающе оглядел Марью, но едва она открыла рот, чтобы спросить, как хозяин судна её перебил: – Три рыбы с собой и медяк после продажи улова. Если он будет, – отчеканил пожилой рыбак. Марье особо выбирать не приходилось, и она молча кивнула. Капитан кивком пригласил её подняться на борт. – Как тебя зовут, мальчишка?» – спросил он.
— Идан, господин, — ответила Марья.
Старик рассмеялся: — Иди, чудила. Вот уж не думал, что чужаки настолько оголодали, что выслуживаются перед всеми.
Марья, осознав свою оплошность, прикусила язык. Команда смеялась.
Причину острой необходимости в работниках Марья узнала достаточно быстро. Её, слабую, посадили на вёсла вместе с сильным широкоплечим мужиком. Тот недовольно посмотрел на хилого напарника и шумно вдохнул, демонстрируя своё недовольство.
Лодка отчалила, мужики налегли на вёсла. Марья старалась не отставать от них и не сбиваться с ритма, но силы заканчивались стремительно, она не успевала за напарником, который то и дело ругался на родном языке. И явно ругался на неё. Когда капитан скомандовал остановиться и раскинуть сети, рук девушка уже не чувствовала, красные мозоли появились на белых ладонях. Благо её не заставили тянуть тяжелые сети, полные рыбы, обратно на борт, а поручили закидывать улов в трюм.
Девушка заметила, что вся команда напряжена, а капитан то и дело оглядывал горизонт и ворча: – Мы зря сорвались так рано, если бы отправились позже, то море было бы спокойней.
— Отчего капитан такой мрачный? — спросила Марья у юноши, который, как и она, скидывал рыбу по скользкой мокрой палубе в трюм.
— Ты что, первый день здесь? — спросил он, не сбавляя темпа работы.
— Второй, — пролепетала Марья.
— Рыба сейчас ушла от берега, там улов небольшой, поэтому мы выходим в море так далеко на свой страх и риск. Изарис крайне жесток к тем, кто попадает к нему в плен, но выбора у нас нет, всем надо кормить семьи, – ответил юноша. – Моё имя Клавдий, – добавил он, протягивая руку в знак знакомства.
– Идан, – Марья пожала парню руку.
Пираты, морские разбойники… Странно, но на родине Марьи никто из людей не называл море своей собственностью. Его воспринимали как одно из сокровищ, посланных богами, самый богатый источник еды, благодаря которому выживают многие племена. Но здесь, на юге, всё иначе. Море тоже воспринимается людьми как ценность, вот только каждый считает себя его единоличным хозяином.
Команда действовала быстро и слаженно. Как только сети оскудели, отправились в другое место, затем в третье. Несмотря на то, что Марья родилась на севере и привыкла к холоду, сейчас она сильно мёрзла. Для работы в открытом море она оказалась легко одета, к тому же её рубаха и штаны насквозь пропитались морской водой. Руки, пропахшие рыбой, с трудом сгибались, кожа обветрилась и покрылась коркой. Мозоли стали кровавыми, кожа с ладоней слезала и щипала от соли. А ведь ей ещё грести обратно.
– На вёсла! Бегом!! — вдруг что есть мочи закричал капитан. Рыбаки кинули сети и сели за вёсла. Капитан, будто бы забыв про свой возраст, прытко бросился к рулю, оттолкнула парнишку, что правил, и сам принялся разворачивать корабль.
– Гребите, черти!! Гребите изо всех сил, если ваши паршивые жизни вам дороги! Общая паника и страх передались Марье. Превозмогая усталость, боль в плечах и руках, она гребла, задыхаясь от бешеного ритма. Капитан орал на всех всё чаще и громче, требуя прибавить ходу.
Кто-то из гребцов в панике крикнул: – Нам конец! Они нас убьют!
– Заткнись, трусливый щенок, и греби, – ракнул капитан, но на его лице отразился тот же ужас. Марья старалась грести изо всех сил, не имея времени, чтобы обернуться. Только когда судно дёрнулось так резко, что Марья ударилась подбородком в спину другого рыбака, она посмотрела назад. Их нагнали две огромные боевые ладьи с поцарапанными бортами.. их серые паруса хлопали на ветру, а пара крюков вцепились в борт рыбацкого судёныша. Двое рыбаков попытались их сбросить, но пали первыми, зарубленные саблей одного из головорезов. Словно собачья свора вслед за первым пиратом группа разбойников спрыгнула на лодку. Пара взмахов мечами, и ближайшие от них гребцы были мертвы. Некоторые из рыбаков стали прыгать за борт, надеясь спастись в воде, но лучники, выстроившиеся по борту корабля, послали им вслед стрелы, и море окрасилось кровью.