– Обернуться лебедем и попытаться улететь? Нет, нельзя, меня тут же подстрелят, — судорожно думала Марья. В этот момент она услышала знакомый голос.
– Нет, прошу, не надо! — Клавдий, лёжа на палубе, вытянул вперёд руки, закрываясь от огромного мужика под два метра ростом, замахнувшегося на юношу мечом. Марья ринулась вперёд и, врезавшись всем телом, сбила с ног пирата. Схватив Клавдия за руку, она рывком подняла его на ноги и потащила к краю лодки. Они уже собирались прыгнуть в воду, когда Марью за волосы схватила огромная рука. Головорез дёрнул её голову вверх, и Марья увидела лицо обидчика. Тот самый верзила, грязный, с завязанным правым глазом, злостно смотрел на девушку.
– Я из твоего черепа кружку сделаю, щенок! – прохрипел пират, замахиваясь мечом. В этот момент Клавдий с криком бросился на пирата, но тот во второй раз не попался на ту же уловку. Отступив в сторону, он полоснул мечом юношу по горлу. Клавдий в ужасе вытаращил глаза и схватился руками за горло, пытаясь зажать рану. Кровь брызнула фонтаном, лицо парня мгновенно приобрело землистый оттенок, и он, захрипев, повалился на палубу. Из глаз Марьи полились слёзы. Не сдержав эмоций, она громко зарыдала.
– Так ты не мальчишка?! – удивлённо прорычал пират. Марья с гневом посмотрела на убийцу, коснулась его рукой, и следующее мгновение пират заполыхал синим пламенем. Его хватка ослабла, и Марья кинулась в воду, стараясь нырнуть как можно глубже, чтобы стрелы пиратов не достигли её.
***
Ратибор, одетый в стальные доспехи, стремительно шёл по коридорам своего терема и, резко свернув за угол, едва не столкнулся с боярином Волковым. У некогда могучего прославленного богатыря голова уже почти полностью поседела, но в бороде ещё виднелись тёмные кудри.
– Изислав Михайлович! – радостно воскликнул царевич. – Мне не доложили о вашем визите.
– О, ничего страшного, ваше высочество, я ненадолго. Надобно бы с переговорить с глазу на глаз, – добродушно промолвил боярин. Ратибор жестом пригласил боярина пройти в его палату для приема.
– Василий, распорядись, чтобы моего коня запрягли, – приказал царевич, скрываясь в приёмной. Юноша поклонился и отправился выполнять поручение.
– О чём вы хотели поговорить? – спросил Ратибор, как только двери закрылись.
– Хотел узнать, может, ты знаешь истинную причину похода на зелёную пущу? – лицо Изислава переменилось: серые глаза потемнели, а морщины, кажется, стали ещё глубже.
– Оборотни шалят, не дают людям охотиться в зелёной пуще, – не долго думая, промолвил Ратибор.
– Это отговорка для люда. А истинная причина, царевич, в чём заключается? Я беспокоюсь только за благо нашей страны, и не только я, Ратибор Берендеевич, – боярин пристально посмотрел на царевича. Теперь настала очередь отпрыска Берендея нахмуриться.
– Государь более каждого из нас печётся о благе государства. И если он не счёл нужным посвящать бояр в это дело, значит, так надобно, – резко ответил Ратибор, стараясь вызвать у подданного испуг и раскаяние. Но бывалый Изислав не купился на мнимую раздражительность царской особы.
– Он одержим, Ратибор, ты уже взрослый и сам можешь это разглядеть. Я видел его уже таким, когда ты был ребёнком. Поверь мне, он не успокоится, пока девочка не умрет, – ещё тише, чем прежде, молвил боярин, в его глазах появилась печаль.
Ратибор растерялся. Оказывается, он знал об истинной цели похода: остановить козни Марьи и не дать ей собрать войска для нападения на Русь. Но почему Изислав говорит об одержимости отца?
– Ты же знаешь, я один из верных псов Берендея и большую часть своей жизни провёл в походах во имя него, о которых сложили легенды. Со смертью Моревны мы надеялись, что его болезнь миновала, но с появлением Марьи недуг вернулся…
– Что вы хотите сказать?! – не выдержав, воскликнул Ратибор, приближаясь к боярину. Тот выждал минуту, собираясь с мыслями.
– Наш царь безумен, Ратибор, и с каждым днём его безумие будет только расти. Пока он не убьёт Марью, он не остановится, погибнет много невинных людей. Берендей правил славно, но сейчас он должен уступить место тебе, царевич.