— Что дальше? – спросила Марья.
— Лиссант, думаю, уже договорился с Адонисом. Подождём, пока они освободят тактика, а пока я разузнаю, почему люди стали умирать во время испытания.
– Мы узнаем, – поправила ворона Марья.
– Зачем тебе лезть в это? Я сам всё разведаю и расскажу тебе, – Ворлак покосился на девушку.
– Потому что мне там стоять со свечой, мне выступать против совета, и я должна знать всё, что касается меня, – Марья говорила твёрдым, не терпящим возражения голосом. Она решила прислушаться к совету дяди. Да, ворон уже не раз доказал свою преданность, но не стоит забывать, что у них заключена сделка. Не избавится ли Мортон потом от неё чужими руками?
Ворлак же наконец увидел в девушке истинную царицу.
– Не так-то легко будет ею управлять. Хотя, когда на моём веку было легко? – рассуждал он, сидя на плече Марьи.
– Направо, сначала на площадь, разузнаем, что народ говорит про смерти претендентов на трон, а потом проверим сам храм, – прохрипел над ухом Марьи ворон.
Глава 14 Храм
Торговая площадь располагалась у холма, где стоял дворец, в котором заседали члены Великого совета. В будни рынок бурлил многолюдьем, как и на Руси, но здесь, на юге, многие любили собираться вместе с друзьями и знакомыми в различного рода беседках даже зимой. Одевались потеплее, разжигали небольшую печь.
В одной из беседок, которая больше походила на дорогой торговый дом, находился Адонис в окружении большой компании. Поймав на себе его взгляд, Марья кивнула, приветствуя торговца. Бредя вдоль торговых рядов, она заметила толпу простолюдинов, собравшихся возле кукольника, который рассказывал шутки за скромную цену. Марья как раз подошла в тот момент, когда люди, смеясь, аплодировали артисту.
– А что за здание вон там, с виду заброшенное? — спросила Марья у рядом стоящего подвыпившего мужчины.
– Храм. Туда никто не ходит, он проклятый, — коротко ответил мужчина.
– Что значит «проклятый»? — разыграв удивление, спросила Марья.
– Этот храм построен по приказу последнего царя Кощея. Ходят слухи, что, мол, после его смерти у достойного человека в храме сама собой зажжётся свеча. Тот человек и станет будущим царём Синдики. Шло время, приходило множество желающих, но свеча ни у кого так и не зажглась. А двенадцать лет назад претендентов стало убивать чудовище. Говорят, покойный царь разгневался и решил никому не отдавать свой трон, — рассказала одна женщина.
– И скольких убило чудовище? — спросила Марья.
– Девятерых. Старику Доросу повезло, его сына оно не тронуло, — промолвил один юноша позади.
Марья не успела обернуться, как на её руке защёлкнулись маленькие кандалы. Браслет отца затрещал, почувствовав чужеродную магию. Перед ней стоял тот самый мужчина из пятой стражи, а ворон с её плеча исчез, будто его ветром сдуло. Девушка даже не поняла, когда Ворлак успел улететь. Рука Марьи начала постепенно неметь, появились слабость и головокружение.
– Даже не пытайся применить свою магию, чародей, это новшество подавляет её, — злобно проговорил стражник.
Толпа тут же быстро разошлась в разные стороны, стараясь не привлекать его внимания.
– Я и не пыталась, — с досадой промолвила Марья.
– Не пыталась? Точно? — переспросил мужчина, уставившись на деву. Марья поджала губу. – А где твой ворон?
Неожиданно на стража напал один из проходящих мимо людей, затем к нему присоединились женщина и ещё один мужчина. Они общими усилиями буквально повалили блюстителя закона на землю.
– Прочь! Я принадлежу к пятой страже, прочь! — кричал мужчина, но люди его не слушали, продолжая колошматить по чём зря.
Марья, быстро смекнув, что к чему, выбралась из разгорающейся всё сильнее потасовки, поискала глазами ворона и заметила его на крыше храма. Затем, поближе рассмотрев наручники, она заметила сбоку маленькую скважину для ключа. Воспользовавшись ситуацией, Марья, просунув руку в кучу копошащихся на земле тел, сдёрнула ремень со стража, на котором висели множество магических приспособлений и кошелёк. Оглянувшись по сторонам, она рванула сначала в сторону улицы красных фонарей, но, сделав круг, вернулась к храму, освободившись от магических наручников и ремня, забрав лишь кошелек с деньгами.
Марье удалось забраться в храм через вход, которыми пользовались жрецы. Он был заколочен, но от старости доски уже практически сгнили и крошились даже при лёгком нажатии.
Внутри её встретили спёртый застоявшийся воздух и сырость. Среди мусора и пыли, скопившихся на полу за долгое время, валялись знамёна и гобелены, сорванные кем-то со стен. Марья шла медленно, осматривая каждый угол и держа обеими руками маленький меч, одолженный у Адониса. Браслет на руке придавал ей смелости, но защитить он мог не от всего. Ворон пролетел по храму, осматривая пространство.