. Он подберет прислугу и охрану и предоставит вам списки для утверждения, – промолвил с улыбкой купец. – Благодарю, Адонис, – тепло улыбнулась Марья в ответ и направилась в палаты советника Корнелия. *** Ворон влетел в замок и тайными ходами проник темницу к чудовищу. Морские богатыри не ожидали его увидеть здесь, и Ворлаку удалось наложить на них чары так, чтобы они не запомнили его присутствия. – Ну, здравствуй, хитрец, – ласково промолвило чудовище. – Сюда идут маги, их задача удостовериться, что тебя поработил Дорос и приказал убивать людей. После этого тебя убьют, – сухо констатировал ворон. – Но ты ведь этого не позволишь? Я тебе нужен, именно поэтому ты напоил меня своей кровью. Да, я знаю, колдун, что птица лишь передаёт твои слова, – ответил зверь. – Я сделаю так, что ни один маг не сможет тебя найти. Но сбежишь ты только тогда, когда маги считают магию крови советника, – прокряхтел ворон. – И что я должен буду делать? – спросила Мантикора. – Пока ничего. Но если станешь причинять вред людям, я сам позабочусь, чтобы тебя поймали и посадили на цепь, – ответил ворон. – Как ты меня вытащишь отсюда, чтобы твоя умница-царица не догадалась? – Сердобольный мальчишка – вот твоё спасение, – каркнул ворон, покидая темницу. Через некоторое время появился Тин, который вызвался сменить на посту братьев., Озираясь по сторонам, он вошёл в темницу. Чудовище терпеливо ждало, пока он заколдовывал стену. *** — Зачем же тогда воровали, если вам это так претило? — строго спросила Марья. Старик не оправдывался, в отличие от других. — Я очень люблю своих детей и внуков. Если бы противился воле Дороса, меня бы погубили, а вместе со мной и мою семью. В своре воров праведников не любят, ваше величество. Марье нужен был человек, с его опытом, но стоит ли ему доверять? Решив что без риска невозможно добиться успеха девушка приняла решение. — Скоро моя коронация, Корнелий, я хочу пригласить вас лично. После празднества, надеюсь, вы с новыми силами приступите к своей работе советника, – старик внимательно всмотрелся в лицо девушки не веря услышанному, опомнившись он невнятно произнёс: — Благодарю, ваше величество, — старик вновь поклонился Марье, как тогда у храма. У Марьи выдалось свободное время, и она решила пройтись по замку. Павел вместе с двумя другими стражниками следовал за ней на некотором отдалении Марья не пыталась избегать юношу, чувствуя себя спокойнее в его молчаливом присутствии. Небольшое, но изящное здание из белого камня украшали позолоченная лепнина, мозаика и гобелены. Несмотря на пыль и паутину, девушка ощущала его особую притягательность. Она дошла до тронного зала. В отличие от остальных помещений, здесь было светло и чисто, благодаря большим окнам. На возвышении стоял каменный трон, на котором лежал венец предыдущего правителя. Резные стулья с ярко-красной обивкой по числу членов совета выстроились по двум сторонам от трона. Марью привлекли портреты царей Синдики. Их было всего четыре. Девушка с волнением подошла к последнему. Художник изобразил юношу с такой точностью и живостью, что казалось, он вот-вот сойдет с холста. Высокий, худощавый и бледный, чёрные длинные волосы заплетены в косы. Ему очень шли царские цвета одежды: глубокий синий и чёрный. Он больше походил на чужеземную деву-красавицу, нежели на местного царя. У Марьи перехватило дыхание, юноша оказался невероятно красивым. Ей не нужно было гадать, кому принадлежит портрет. – Так вот ты какой, Кощей, царь Синдики, Владыка тьмы, – прошептала Марья. – Ваше величество! – в зал вбежал Лисант. – Мантикора сбежала, ранив нескольких магов. Они пытались отследить чудовище, но у них не получается! – Проклятье! – выругалась Марья, чуть ли не бегом покидая тронный зал. Как ни пытались маги и сама царица, найти чудовище они не смогли. Марья велела создать отряд из пятой стражи и отправить их на поиски Мантикоры. Дни и недели быстро сменяли друг друга. Приближалась дата официальной церемонии. Марья прогуливалась в саду, наслаждаясь свежим воздухом и видом оживающей природы. Весна на юге наступала стремительно. Ворон часто прогуливался вместе с ней, сидя на плече. Они беседовали не только о государственных делах. Ворлак обучал царицу местному языку, хотя практически все жители столицы разговаривали на русском, в обиходе обычно употреблялся язык предков эллинов. – Пропустите меня! Я хочу поговорить с ней! – раздался гневный женский голос. Стражники в очередной раз оттолкнули девушку, не пропуская к царице, и незнакомка упала прямиком в грязь. – Это она? – спросила Марья. – Да, – коротко ответил ворон. – Пропустите её, – приказала Марья. Один из охранников хотел помочь девушке встать, но та резко отдернула свою руку и стремительно приблизилась к Марье, остановившись на неприлично близкой дистанции. – Моё имя Дария, я… – она говорила уверенно и громко, показывая бойкий характер, но царица её перебила, не намереваясь терпеть такого поведения. – Я знаю, кто вы. Что вас привело ко мне? – Марье не нравилось быть венценосной особой, но она отлично помнила все уроки, которые преподавали ей в детстве. Ворон уже давно доложил, что дочь Дороса ищет способ встретиться с ней. – Я требую освободить моих отца и мужа, они служили на благо Синдики. Мой род уже достаточно пострадал ради страны, ведь мы лишились магии. Это нечестно после стольких лет службы государству гнить в тюрьме, – выпалила молодая женщина. – Дария, кто вы такая, чтобы требовать? – спокойно спросила Марья, обходя девушку по кругу. – Я дочь советника! – гордо вскинула голову та. – Ваш отец более не советник, а заключенный казнокрад, – добавив стали в голос, промолвила Марья. Девушка не ожидала подобного отпора и удивлённо вытаращилась на правительницу. – Вы, должно быть, от пережитого горя, которое навлекли на вашу семью отец и супруг, потеряли связь с реальностью. Теперь ответьте, кто перед вами?! – с гневом промолвила Марья. Дария опустила взгляд в землю и упорно молчала. – Я жду! – настаивала Марья. – Царица Синдики Марья Моревна, – тихо выдавила из себя девушка. – Я в первый и последний раз прощаю вам эту выходку. И впредь ради своих детей и матери думайте, что и кому говорите, – ответила Марья, приближаясь к девушке. – Это же касается и того, что ты говоришь на улицах города. Держи язык за зубами, – прошептала Марья на ухо Дарии. Дочь Дороса залилась слезами и поклонилась. Марья отдала приказ, чтобы девушку проводили до дома. – Ты начинаешь говорить как царица. Кто бы мог подумать, что Марья может быть такой грозной правительницей, – одобряюще промолвил ворон. – Я не грозная, меня учили такой быть. Порядок нельзя навести без строгости, – ответила Марья, наблюдая за удаляющейся женской фигурой.