Держась за стену, Ваня осторожно преодолел лестницу и очутился в тёмном коридоре, который вел к деревянной двери, около которой горел один-единственный факел. На секунду остановившись, он снова пошёл вперёд, стараясь двигаться как можно тише, но стук собственного сердца, казалось, оглушал. Достигнув двери, мальчик нагнулся, чтобы через решетку посмотреть на чудовище. Каково же было его удивление, когда вместо клыкастого монстра Ваня увидел скованного цепями человека в лохмотьях.
Внезапно узник поднял голову и посмотрел на него. Страх взял своё, и Ваня, отпрянув, прижался спиной к стене.
– Как тебя зовут, мальчик? – хриплым голосом спросил незнакомец.
Ваня решил было не отвечать, но потом подумал: – Ну а что случится, если я с ним немного поговорю? Он же связан. Зато потом будет чем похвастатья перед Демитором.
– Меня зовут Иван, третий сын царя Руси Берендея, – отчеканил он заученную фразу. Пленник долго молчал. От нечего делать Ваня стал приподниматься на мысочки и раскачиваться, растирая лоб рукой.
– Голова болит? – спросил узник.
– Угу. А как тебя зовут?
– Я здесь уже так давно, что даже не помню своего имени, – слукавил незнакомец. — Решётка холодная, прижмись к ней лбом, станет полегче.
Ваня так и сделал. Он не мог различить во тьме лицо человека, видел только чёрные патлатые волосы. От холода металлических прутьев головная боль действительно утихла.
— Отчего ты плакал? — спросил узник, цепь глухо звякинула. Только сейчас Ваня заметил, что она слабо светилась.
— Меня брат толкнул, я упал. Потом он дверь закрыл, а я… — Ваня смущённо умолк.
— Темноты боишься, — закончил за него незнакомец. — Я тоже раньше темноты боялся, — практически прошептал человек по ту сторону двери.
— И как вы перестали её бояться?
— Моя матушка умерла, мы с братом остались одни. Мои воспитатели запирали меня в тёмной комнате, когда я не слушался. Знали, что я боялся темноты. Но потом я к ней привык, мне даже нравилось проводить там время. Тихо, спокойно, можно подумать о том, о сём, — рассказывал пленник.
– Но в темноте живут чудовища, – возразил Ваня, на что незнакомец лишь усмехнулся.
– Знаешь, я уже очень долго нахожусь во тьме и ни разу не видел чудовищ. Ваня, ты мне не поможешь? – как можно мягче озвучил свою просьбу узник.
– А что нужно сделать?
– Напои меня водой, пожалуйста. Твой отец сюда редко теперь заглядывает, вот охранники и обленились.
Мальчик осмотрел коридор и заметил в углу ведро с водой, а рядом чашку.
– Ключи слева от двери, – опережая его вопрос, сказал мужчина.
Ваня понимал, что человек не просто так здесь находится, и если он взаперти, открывать дверь – плохая идея. Но узник крепко связан, что он сможет сделать?
– Пообещай, что не попытаешься сбежать и не причинишь мне вреда, – потребовал Ваня. Пленник поднял свою голову и внимательно посмотрел на царевича.
– А ты умён не по годам, малыш.
– Я не малыш, мне уже шесть лет. Меня в прошлом году на коня посадили, – с гордостью похвастался Иван.
Узник тихо рассмеялся. – Ну, значит, ты уже совсем взрослый.
– Именно так! – кивнул Ваня.
– Хорошо, я клянусь не причинять тебе вреда. А выбраться я не смогу. видишь, какая крепкая эта цепь?– голос пленника стал более приятным и каким-то бархатным.
Мальчику пришлось встать на цыпочки, чтобы дотянуться до ключа. Зачерпнув воды в чашку, он отпер дверь и зашёл в темницу. Страх снова охватил его, чаша дрожала в руках, проливая драгоценную жидкость. Ваня протянул руки к лицу узника, тот отпрянул от стены, повис на цепях и с удовольствием осушил маленькую чашу. Затем шумно выдохнул, вновь оперевшись на стену.
– Спасибо тебе, Ваня, а теперь ступай к выходу. Стражники тебя выпустят и ничего не скажут отцу. Это их ошибка, а не твоя.
Ваня послушно покинул темницу и закрыл дверь, повесив ключ на место.
– До свидания, пленник, – уже будучи на ступенях, проговорил он.
– До встречи, Ваня, – прошептал голос во тьме.
Птица в лесу бесновалась и громко каркала, метаясь от одного дерева к другому. Затем её полёт выровнялся, и она села на крышу дворца.
– Вот же как бывает, Берендей. К твоей погибели приложил руку твой же сын, – прокаркал огромный ворон.
глава 24 Волшебное зеркало
Марья проснулась на полу. Несмотря на количество выпитого, голова не болела, и она отлично помнила вчерашнее. Ворон наложил на неё морок! Она невольно коснулась своих губ, вспоминая ощущение чужого поцелуя. От воспоминаний вчерашнего мурашки до сих пор пробегали по телу. Ей нравились прикосновения Кощея, но Марью также грыз неоправданный стыд. Может, потому что ей никогда раньше не было так хорошо, и чувства, которые она испытывала к Ивану, были ненастоящие? Обида ещё оставалась, но теперь и она хороша!