– Нет, не магия. Эту породу воронов Мортенов выращивал сам покойный царь, они не подвержены никакой магии, кроме его собственной, — опровергнул довод отца Феодосий.
– Вдова, значит? Тогда всё правильно, вдовы не вступают в брак повторно, – выкрикнул кто-то из толпы.
– А кто будет править после царицы, вновь совет? – посыпались вопросы со всех сторон.
Марья приказала стражам отойти.
– Даю слово, перед тем как уйти на войну, я нареку преемника, который в случае моей гибели станет полноправным правителем Синдики. А сейчас я попрошу вас поторопиться домой и начинать готовиться к войне, – с облегчением промолвила Марья, выпроваживая знать из дворца.
– Мудрое решение, – прокаркала птица, оставшаяся сидеть на спинке трона. Голос её оказался таким же гортанным и неприятным, что и у Ворлака, но более высоким, да и сам ворон выглядел меньше, возможно, был моложе. Марья с надеждой всматривалась в чёрные глаза-бусинки.
– Ворлак? Это ты? – озвучила свою бредовую мысль девушка, хотя прекрасно понимала, что это абсолютно другой ворон.
— Нет, но все его знания и воспоминания доступны мне. Я буду служить тебе ничуть не хуже, — промолвил молодой ворон, хлопая крыльями. Марья опустила огорчённый взгляд и тихо прошептала: – Ты новый царь воронов ?
– Нет, но если доживу до таких же лет, возможно, стану им, – ответил молодой ворон.
– Почему тогда ты можешь разговаривать? – спросила девушка,
– Теперь это доступно как мне, так и всем моим братьям и сёстрам. Считай это последним даром Ворлока.
— Хорошо, — тихо ответила Марья отвернувшись от ворона, который с любопытством изучал девушку, не понимая причину её расстройства.
— Могла бы и предупредить, что надумала замуж выходить, — упрекнул её брат, воспользовавшись тем, что советников окружила местная знать, буквально засыпав их вопросами.
— Я не надумала, это была такая уж необходимость, — ответила Марья, утаивая тот факт, что на её замужестве настаивал совет.
— Ну что ж, скажи спасибо своему новому питомцу. он тебя избавил от этой необходимости, — сухо произнес Ситхел.
– Обязательно. Передай, пожалуйста, дяде, чтобы контролировал море и не пускал русские корабли к соседям. Мне не нужен удар в спину, – тихо промолвила Марья. Брат кивнул, направляясь к выходу.
– Удачного похода, сестра, береги себя, – на прощание промолвил Ситхел. В этот раз его глаза наполнились тоской и тревогой, но в голосе звучала надежда.
«Всё-таки он меня любит», — с теплотой в сердце подумала Марья и развернулась к сыну Адониса. — Феодосий, я устала. Заседание совета по поводу назначения моего преемника отложим на завтра, — промолвила она, покидая тронный зал.
Марья вздрогнула, когда ощутила на своём плече маленькие тёплые птичьи лапки, а крылья слегка взлохматили ей волосы. Павел с подозрением покосился на новую птицу.
Оказавшись в своих покоях, царица отдала распоряжение подготовить ванну и спихнула ворона на жёрдочку.
– Павел, можешь идти, – устало произнесла девушка. Напрасные переживания выпили из неё все силы, и она не сразу заметила, что стражник не спешил выполнять её приказ.
Марья гневно посмотрела на него. Павел же, с подозрением глядя на птицу, осторожно предложил: – Ваше величество, может, ворон останется в коридоре?
– Он не сможет мне навредить, даже если захочет. Ступай и занимайся своим делом! – ответила она, снимая перстни и тяжёлые украшения, в голосе слышалось нарастающее раздражение. Павел молча поклонился и покинул покои.
Зайдя за ширму, чтобы снять платье, девушка сквозь полупрозрачную ткань заметила, что ворон буквально таращится на неё.
– Прошлого моего ворона убили, тебе не следует летать в одиночку, – Марья решила отвлечь ворона разговором.
– Если я погибну, моё место займёт следующий, не переживай, царица. Царь воронов, в конце концов, был просто обычный, хотя и мудрый ворон, – ответила птица, переминаясь с лапки на лапку.
– Ворлак являлся моим другом, и не смей говорить, что он был обычной птицей!– не вытерпев, сорвалась Марья. Молодой ворон от неожиданного крика втянул шею и с ещё большим интересом стал изучать девушку. — И хватит на меня пялиться, иначе будешь сидеть в коридоре! прорычала она, умом понимая, что ведёт себя с вороном неподобающе.
Надобно бы отблагодарить его за столь неожиданную помощь, но от одной мысли, что на жёрдочке Ворлака сидит другая птица, её душила ярость.
— И спасибо за то, что солгал. Мне не хотелось выходить замуж, — тихо добавила Марья.
Ворон открыл было клюв, намереваясь что-то сказать, но снова потоптался на палочке и промолвил: — Меня редко благодарят девы за то, что я кликаю их вдовами.