Марья старалась запомнить всех, с кем встречалась, но на второй день стала записывать имена на листе пергамента, что прятала в дневнике Кощея. С той поры она больше не читала дневник, но в путешествие почему-то взяла. Отужинав и проведя достаточно времени с командирами, Марья покинула зал и направилась в отведенные для неё покои, точнее, небольшую комнатку, неуютную и полупустую. Остальные командиры располагались в таких же комнатах, а некоторые спали там же, где и солдаты.
Видимо, тот командир, что уступил ей свою комнату, и в самом деле оказался очень скромный. Солдаты у него сытые и хорошо обеспечены оружием и одеждой. Марья прозвала его Серым командиром, потому что встретила его в такой же запылённой рубахе, как и его воины. Перед приездом царицы он не отменил тренировку и сам в ней активно участвовал. На пирушке одежды его уже были чистыми, но весьма скромными: из всех украшений на безымянном пальце только грубое кольцо из бронзы.
Комната, в которой поселили Марью была такая же серая, но тёплая, с камином и узкой кроватью с неожиданно новой и мягкой периной, видимо, подготовленной специально для неё. Мужчины постарались сделать её постель как можно удобнее, но большая перина постоянно сползала с узкой койки, показывая тем самым, что ей здесь не место. Помимо кровати в комнате находился небольшой столик с тазиком и кувшином для умывания, табурет и сундук, судя по всему, для личных вещей.
— А этот командир экономит на себе, — с усмешкой промолвила Анаид. Для неё поездка в военный лагерь стала диковинным приключением.
— Значит, он хороший, — устало промолвила Марья, разминая шею. Девушка настояла ехать верхом и на третий день уже пожалела об этом: спина, шея и ноги болели от верховой езды.
— Хорошо, что экономит на себе, а не на солдатах, — добавила служанка, наливая воду в кувшин.
— Да, этот человек явно понимает, куда должны идти деньги. Я рада, что он закупил новые мечи, а не львиную шкуру себе в комнату, якобы чтобы порадовать меня, — Марье очень хотелось лечь и забыться, но назойливые мысли не давали ей покоя.«Интересно, а батюшка тоже сталкивался с казнокрадством? Вполне возможно. Я и не подозревала раньше, сколько проблем, однако, приходится решать, управляя государством», — размышляла она.
Марье уже набил оскомину тот факт, что даже при угрозе войны люди, получившие казённые деньги, пытались порой самыми невообразимыми способами присвоить их себе.
— Но я вижу, царица, что тебя всё же что-то беспокоит… – ворон пытливо заглянул ей в глаза.
«Ну ничего от него не скроется!»
— Анаид, ты можешь идти, — прервала его Марья. Служанка поклонилась, пожелала царице спокойной ночи и затворила за собой дверь.
Марья некоторое время изучала кирпичики на противоположной стене, затем, тщательно подбирая слова, тихо сказала: — Наших сил, возможно и хватит, чтобы отбиться от Берендея, даже отвоевать часть его территории, но захватить столицу и взять его в плен… Боюсь, на это у меня не хватит сил.
— Значит, нужны союзники, — ответил Март. Ворон выбрал себе именно такое имя, потому что появился на свет в начале весны.
— Легко сказать, да трудно сделать! Наши соседи уже несколько веков являются союзниками Руси. За столь короткий срок их нельзя перетянуть на свою сторону.
— А может, нам придут на помощь чародеи зелёной пущи, как никак ты их правительница тоже?
Марья рассмеялась. — Моя мать отказалась от титула, когда ушла на север. Раньше я не понимала, почему она так поступила, но теперь… — она умолкла, вспомнив ссору с Ворлаком в тайных темницах. «Матушку изгнали из Руси, и, чтобы не навлечь гнев Берендея на зелёную пущу, она оставила их в надежде, что русский царь не тронет лесной народ».
— И всё же ты дитя Моревны, а потому попробовать стоит. К тому же я слышал, что Берендей пошёл войной на обитателей Зелёной пущи. Сейчас они заключили мир, но мне кажется, что оборотни затаили обиду на русского царя. Думаю, это единственный выход, — настаивал ворон.
— Пуща слишком далеко; мы можем не успеть, как здесь разгорится война, — это предложение понравилось Марье, но нужно хорошенько обдумать его со всех сторон.
— Мудрый царь не тот, что машет мечом на поле брани, а тот, кто мудро руководит со стороны, — парировал ворон, а Марья улыбнулась. Он тоже пытался удержать её от непосредственного участия в сражении, но получалось коряво. Посыл птицы она прекрасно поняла, на том же настаивал и совет.. Хотя доспехи защищали её, ещё свежа была в памяти битва на корабле. Тогда пират быстро сообразил, что к чему, и попытался перерезать ей незащищенное горло.