— Выбор за Вами, Виктор Иванович! Можете и вовсе проигнорировать все эти контакты. Если что-то важное, то устно сформулируйте– я передам.
Действительно, чего я буду таскаться по этим совещаниям — терять силы и тратить эмоции! Есть вполне себе толковый молодой человек. Не пришлет же президент абы кого мне на подмогу! Наверняка, из той же когорты чекистов, видно же по повадкам: появился незаметно, сразу озадачил своей должностью и докладом, чистенький, аккуратный, лицо неприметное… Все же я подстраховался и просканировал его. Так и есть! Майор Костин Леонид Максимович, доктор физико-математических наук, мастер спорта по дзю-до. Послужной список — университет, спецназ ГРУ, ФСБ, МИД. Свой парень! Он спокойно, словно специально стоял неподвижно, давая себя рассмотреть. Только в серых глазах мелькало озорство. Ведь все предусмотрел! И мою реакцию, и сканирование.
— Тогда вот что, Леонид! Передайте научно-техническому совету — пусть запускают экспертные группы. Все технические уровни и помещения доступны для изучения, все процессы Башни выведены на минимальный уровень, пусть смотрят вживую как все взаимодействует. Надеюсь о безопасности специалистов они тоже позаботятся… Все! Я пошел спать!
Адъютант невозмутимо кивнул и дипломатично смягчил мою последнюю фразу:
— Я, также, извещу командование, что Вы, в данный момент, работаете с бумагами и готовите отчет.
Он также незаметно исчез, как и появился, а я повалился в постель и отключился, последнее, что помню — это ворчливый шепот Наташи, снимающей с меня обувь.
Глава 25
Контакт
Мы вновь находимся с Наташей в знакомом помещении, где, словно в музее, демонстрируются навороченные образцы инопланетных скафандров. Нам предстоит подобрать подходящие для себя экземпляры. Не очень-то хочется это делать, но так выстроена логика нашего проникновения дальше, туда, где ожидается нечто важное. Понимание именно такого алгоритма действий диктуется моим раздвоенным сознанием. Примерно, это выглядит как мой спор со своим внутренним я. Оно, это самое внутреннее я, наконец, оформилось в конкретный персонаж, наподобие гида по инопланетным чертогам. Так вот, этот тип информировал меня, что надо сменить скафандры. На мои ура-патриотичные возражения, что, мол, наши-то чем хуже⁈ Последовало несколько размытое разъяснение, что-то вроде понятия свой-чужой. Естественно, это звучала не речь, а довольно сложные ассоциации и образы, либо примитивные картинки, вроде той что нарисовалась, когда я уперся в неподдающийся проходу коридор. Вроде все сработало при подходе: осветился округлый контур и заструились пульсирующими кольцами стенки коридора, словно заманивая внутрь. Ан нет! Невидимая преграда остановила нас мягким толчком и на мой немой вопрос, в сознании вдруг мелькнула картинка чужого скафандра. Ну, за этим, не пришлось далеко ходить.
— Давай, предлагай свои одежки, коль наши тебе не нравятся! — ворчливо прокомментировал я эту заминку. Из множества разнообразных моделей, окружавших нас с разных сторон, отделились две капсулы с запечатанными в них скафандрами. С легким хлопком капсулы открылись, и мы с Наташей некоторое время придирчиво изучали эти шедевры внеземной моды. Уж больно ненадежными они выглядели! Ни веса, ни вида — так, рыбья чешуя какая-то. Шлемы, правда, посолидней выглядели. А что делать? Выбора нам не дали. Оделись во что предложили и, конечно, мне оказалось — мало, а Наташе — велико. Правда, портняжки иноземные оказались не без выдумки: скафандры сами подстроились под наши фигуры, при этом уплотняясь в нужных местах, оставаясь гибкими там, где это необходимо. С перчатками тоже не было проблем, они, видимо обладая теми же свойствами, подстроились идеально и буквально срослись с костюмом. Шлемы были сложнее наворочены, и мы повозились с ними, разбираясь что к чему. Пока мне это не надоело, и я не нахлобучил его на голову. Шлем расцветившись фейерверком сигнальных огоньков разного калибра, смачно всосал в себя ворот скафандра и на мой вполне резонный вопрос:
— А чем дышать, начальник? — ответил энергичной продувкой, после чего его прозрачная лицевая часть, чуть запотевшая от моего дыхания, прояснилась, явив мне озабоченное лицо Наташи.
— Как это понимать, Натусь? — обратился я к ней, памятуя о том, что она крутой спец по этой части.