Экспериментировать со странной лужей больше не хотелось. Да и покидать башню, я тоже не торопился. Если мне удалось пережить смену цикла, то еще как минимум тридцать пять часов в моем распоряжении. Куда торопиться? Ведь веселье только началось…
Проверив на клапане рюкзака закрепленную солнечную батарею зарядного устройства, я вспомнил о видеокамере. Индикатор зарядки батарей горел зеленым, так что был шанс, что сработает. В целях экономии я решил не открывать боковую жидкокристаллическую панель, а включил просмотр файлов через видоискатель.
На фоне густой облачности, в ярком солнечном свете были заметны четыре фигуры в защитных костюмах. Звук был очень плохим, сильный ветер заглушал почти все голоса. В какие-то моменты, я мог слышать голос оператора. Надо полагать, того самого погибшего лейтенанта.
— … успешное десантирование. Высота четыре тысячи восемьсот метров. Здесь… холодно, очень много наледей и снега. Некоторые проходы непреступны без специального снаряжения. Приняли решение навесить трассу и экстренно снизиться до трех тысяч…Старший сержант Демидов погиб при спуске. Налетевший ураганный ветер с шаровыми молниями срезал веревки. У него были все запасные фильтры. В воздухе полно кислоты,… мы долго не протянем.
Новый файл, выбранный из конца списка наугад. Индикатор заряда батарей сглотнул последнюю черточку и стал красным, часто помигивая.
В кадре появилось лицо лейтенанта Николая Соколова. Правая скула была рассечена, из носа сочилась струйка крови. Судя по всему, он находился в какой-то пещере или гроте. За спиной лейтенанта было заметно блеклое зеленое свечение.
— Я смог понять, что проходы в черных пятнах открываются не только в смену цикла. Кравченко сам виноват, долго барахтался. Исчез бесследно. Сквозь пятна нужно проходить только вниз головой и возле края. Здесь все зеркально будто вывернуто наизнанку. У нас кончились все защитные маски и воздух в баллонах. Травин не выполнил приказ и ушел один. Я, судя по прибору, сейчас на высоте около двенадцати километров. Дышать почти нечем… Использую последний кислородный патрон, чтобы десантироваться. Все снаряжение промерзло насквозь, пришлось заново уложить парашют. Включаю аварийный маяк и если…
Заряд батарей закончился. Я попытался осмыслить всю ту скудную информацию, что удалось получить из записей лейтенанта Соколова. Получалось весьма странно. Они десантировались на высоту четыре километра. Поняли, что там холодно, ветрено, неуютно и собрались спускаться ниже. Я, конечно, пропустил несколько десятков файлов, но из последней записи следовало, что оставшийся в одиночестве лейтенант прыгал с двенадцати километров. Как им вообще удалось там выжить⁉ Он упомянул нефтяные пятна. Не эта ли самая лужа с вязкой черной жидкостью, возле которой я так удобно устроился? Как он там советовал? Проходить только вниз головой. Вот уж действительно никогда бы в жизни мне не пришла в голову идея нырять в лужу с непонятным веществом, растворяющем твердые камни как рафинад. Но выбор у меня небольшой. Либо я делаю еще рывок и поднимаюсь выше для прыжка, либо попробую продолжить исследования, коль уж все равно здесь оказался. Мое положение более выгодное. Высота небольшая, у меня не кислотная атмосфера, так что запасных фильтров еще на пару дней. Костюм не очень исправен, но все системы жизнеобеспечения работают без электроники, так что можно сказать я во всеоружии.