Вдавив в себя еще один тюбик, на этот раз с «овощным рагу», я надел шлем и стал собираться. Плотно упаковав рюкзак, зацепил его за трос карабином и, не давая себе времени на раздумья, бросил его в темную лужу. В какую-то секунду трос сильно натянулся, но тут же ослаб. Закрыв стекло шлема, я сделал глубокий вдох и опустил голову в чернильное зеркало.
Блеклый зеленый свет заполнял все вокруг. Я видел своды огромного зала, ровные, словно бы граненные, светящиеся колонны стоящие, а порой и лежащие весьма хаотично и под разными углами. Моя голова торчала над точно такой же лужей, вот только действительно зеркально. То есть тело с другой стороны было наклонено вниз, а голова смотрела вверх. Рядом, возле лужи, лежал мой рюкзак и прикрепленный к нему трос. Это было очень странное ощущение. Оставшуюся снаружи часть туловища словно бы втолкнули, дав хорошего пинка. Я оперся на руки и буквально вынырнул из чернильного пятна на ровную каменную площадку.
Желудок, да и голова были несколько шокированы таким странным заныриванием в искаженную гравитационную аномалию, но я, подавив тошноту, быстро освоился. Присел у края черной лужи и попытался осмотреться. Необходимости в фонарике не было. Светящиеся колонны давали возможность разглядеть большую пещеру весьма подробно. Значит, башня внутри имеет немало пустот, и не является монолитом, рожденным в недрах раскаленной земной мантии. И наличие черных пятен, являющих собой что-то вроде транспортной системы, и светящиеся колонны, все это не может быть порождением земных недр.
Огромная зала, а точнее пещера в которой я находился, размерами ничуть не уступала большому крытому стадиону. Вот только с кучей всяких уступов, уровней и грудой светящихся камней даже на потолке. Некоторые колонны были сломаны, расколоты, но все равно продолжали излучать бледно зеленый свет. С опаской покосившись на индикатор радиации, закрепленный на плече, я с облегчением увидел, что фон не превышен, и даже немного ниже, чем снаружи, так что лучевая болезнь мне пока не грозит.
Позади меня послышался цокающий скрежет. Я прежде уже слышал такой звук. Буквально в паре метров от меня, извиваясь, скользя по неровной поверхности, прополз огромный червь. Раза в два больше того, что я принес в лагерь на растерзание ученым. Я поприветствовал его, кинув в него подвернувшимся камешком. Червь, не отреагировав на мои «учтивые» манеры, прошелестел к ближайшей чернильной луже и ловко нырнул в нее. Уже через секунду его не стало, а на поверхности черного вещества даже рябь не наблюдалась.
Так, становится все интереснее! Хоть и не первым, но мне все же удалось проникнуть внутрь башни. Даже больше — наткнулся на подобие лифта. Интересно, если опять нырнуть в ту же самую лужу, окажусь я на том утесе или нет? Ведь пока светит солнце, можно еще больше зарядить батареи и просмотреть другие записи в видеокамере.
Дышалось здесь так же легко, как и снаружи. В воздухе не чувствовалось никакой кислоты, горечи или каких-то еще посторонних, подозрительных примесей. Все еще придерживая стекло шлема, готовый в любую секунду его захлопнуть я медленно выдохнул, сделал еще один глубокий вздох, но теперь настолько медленно, насколько было возможно. Собственные ощущения не подвели. Воздух действительно был чист и вполне пригоден для дыхания. За последнее время, я что-то совсем расслабился. Все больше доверял аппаратуре, бездушным приборам, и совершенно забыл про собственную интуицию, уникальные способности, благодаря которым собственно и попал в этот проект. Увлеченный суетой научного персонала, занятый изучением приборов и примочек на моем костюме, или почти скафандре, я как бы вычеркнул самого себя из ситуации.
Отстегнув шлем, я опять закрепил его на поясе и стал осматриваться, делая по нескольку шагов в стороны от той лужи, сквозь которую пробрался в эту огромную пещеру. Подобных луж в зале наблюдалось весьма много. Разной формы, разного диаметра. Некоторые из них располагались даже на стенах и потолке, что почему-то меня совсем не удивило.
Сняв еще и перчатки, я использовал влажную салфетку, чтобы протереть вспотевшие руки, а упаковку свернул в несколько слоев и вставил в щель у чернильного пятна, чтобы отметить точку прибытия.
Изучать пещеру все же пришлось при помощи еще одного химического фонарика. Самое большое скопление чернильных пятен было возле светящихся колонн. Но и в темных углах можно было угодить в такую же лужу, не заметив в сумрачном свете. Взобравшись на небольшой уступ, я смог разглядеть крохотное озеро в правой части пещеры. Оно было достаточно большим, чтобы в него мог поместиться целый автомобиль или даже тот самый ГАЗовский вездеход, что пригнали с собой военные.