— Предположим, я смогу списать часть оборудования. Смогу обеспечить секретность. Но сколько ты сможешь там протянуть?
— А какое это имеет значение? Насколько я смог понять, конкурентов на той стороне у меня не будет. У нас есть очень большая фора, и ее непременно надо использовать, если не хотим оказаться в хвосте гонки. Поймите, башня находится в состоянии трансформации: поэтому ее так сотрясает, но скоро этот процесс завершится, и она обретет вполне мирный характер. Вот тогда все начнется и… кончится для человечества! Мы не готовы воспринять новую реальность адекватно. Здесь, на Земле, народы не могут договориться между собой, а тут… Вселенная! Мы уничтожим друг друга за право обладать этим артефактом, либо нас сотрут в порошок внеземные силы, убедившись в нашей никчемности!
— Звучит как бред сумасшедшего. Не нам с тобой решать такие вопросы. Я военный и ты тоже присягу Родине давал! Умри, но приказ выполни! Ты свое дело уже сделал. Приказ выполнил и умер… официально! Теперь хоть есть понимание с чем мы имеем дело. Уж извини меня, но я не возьму в толк, чего ты хочешь? Как твоя автономная экспедиция сможет повлиять на события⁉
— Башня — это своего рода храм, объединяющий в себе сотни, тысячи, возможно даже миллионы порталов, связывающих миры и планеты. Эта информация — наше главное преимущество! Должен же быть какой-то центр управления этой махиной! Необходимо найти его. В этом заключается моя задача! Найти эту гребанную кнопку и держать над ней свой палец! Пока наш мир не осознает, что бессмысленно пожирать друг друга, когда вся Вселенная открыта перед нами! И я нажму ее, если это осознание не дойдет до землян. Выключу или разрушу — все равно! Меня бесит ситуация, когда снова и снова, любое открытие в науке превращается в оружие и ставит мир на грань уничтожения! Так и здесь. Сцепились, не зная еще толком за что. Уже небось войска приведены в полную боевую готовность, а?
Терентьев сердито хмыкнул и покрутил головой. Я ощутил его смятение и даже панику, и стал дожимать.
— Меня нет в списках живых. Официально я погиб у стен башни. Так что опыт помирать — имеется. Разве не по этой причине я оказался здесь⁈ Сколько бы я ни протянул, этого времени должно хватить, чтобы изучить эту штуку и хоть какие-то миры наугад, и найти способ передать информацию.
— Ну хватит! Я тебя выслушал, а теперь прости. Я получил четкий приказ сворачивать экспедицию. Бункеры и тоннель заблокированы. Так что переправить к башне оборудование невозможно. Охрана, что стоит там, мне формально не подчиняется. В течении двух дней я обязан передать собранные материалы. Вопрос с твоим воскрешением, решим чуть позже.
— Упускаете момент, Александр Николаевич.
— Даже если я закрою глаза на то, что ты соберешь рюкзак и уйдешь к башне, не даст нам возможности удержаться в лидерах. Сколько снаряжения ты способен утащить на плечах?
— Пока мы здесь треплемся, уходит драгоценное время. Мне нужно всего пару часов. В бункере нет посторонних, так что утечка информации минимальна.
— Откуда тебе известно про «крота»?
— Да не идиот, наверное, смог догадаться.
— Есть мысли на этот счет?
— Я далеко не всех сумел просканировать. Обратите внимание на Хаджиеву, что-то с ней не так. С некоторыми так до сих пор и не знаком лично, так что сказать уверенно не могу. Но есть люди, которым я доверяю.
Помещения лаборатории пришлось заблокировать. Терентьев, видимо, все же внял моим доводам и своим приказом вывел всех сотрудников из бункера, в то самое время пока Коля Самохин и Наташка Жилина таскали со склада ящики с оборудованием. Им помогали Лешка Краюхин и Олег Кудрявцев.
— Черная жидкость — субстанция весьма нестабильная. Я не смог провести комплексный анализ вещества, а теперь рискую и вовсе его лишиться, — бубнил растерянно Антон Петрович Нестеренко — профессор геологии, — по настоятельной просьбе Виктора, мы вылили содержимое фляжки на пол лаборатории и получили огромную лужу…
— Края лужи становятся твердыми, — подхватил я слова профессора, стараясь дополнить информацию, — портал закрывается. Высокая электрическая активность в самой башне натолкнула меня на мысль о том, что стабильность существующих порталов связана именно с этим. Мы подключили к чернильному пятну напряжение в полторы тысячи вольт. Кажется, оно его словно поглощает не пережевывая. Это значительно замедлило кристаллизацию вещества, но не остановило.