— Если этот пост, там внизу, постоянный, то я предлагаю — дождаться пока портал вновь заработает и уйти. Кто бы ни были эти ребята, показываться им на глаза мне как-то не очень хочется.
— Успокойся. У нас есть оружие. В башне наверняка есть еще порталы, да и этот скоро откроется, я уверен. Сейчас мирно и тихо обустроимся, понаблюдаем за этим шумным пикничком и тихо свалим не засвечиваясь. То, что тревожит тебя сейчас, Натусь, меня беспокоило еще с той стороны портала. Так что прекрати волноваться и устраивайся поудобней. Будем наблюдать, другого выхода у нас нет.
С пятачка, на котором мы устроились, разглядеть башню было практически невозможно. Наступившая ночь была довольно темной. Небо затянуто малиново-серой пеленой облаков, так что даже в свете звезд или лун увидеть очертания башни никак не получалось. Зато вылизанную ветрами долину, словно бы светящуюся в темноте бледно-зеленым светом, видно было очень отчетливо. Перепад температур здесь явно был очень значительным. Несмотря на подогрев в костюме, я чувствовал ледяной холод, исходящий от камней. Приборы показывали, что окружающий нас воздух меньше чем за час остыл на двадцать градусов. Искрящаяся на камнях еще пять минут назад испарина превратилась в пушистый иней. Огромные обветренные валуны, лежащие на склоне, тихонько затрещали, заискрились крохотными кристалликами льда. Ветер чуть утих, словно бы затаился. Чувствительные микрофоны на шлемах наконец смогли пробиться сквозь непрерывный гул и донесли до нас приглушенные, грубые голоса и обрывки фраз из грота на дне ущелья. Там горел костер, слышны были громкие выкрики и раскатистый смех.
Наташа вынула из рюкзака цифровую камеру с высоким разрешением и установив ее на короткий штатив подключила, делая снимки на длинной выдержке.
Возле портала послышался треск. Крохотные искры пробежали по краям лужи, и жирный блеск камня сменился зеркально гладкой поверхностью. Чернильное пятно опять стало пригодно для использования.
— В прошлый раз так же было, — прошептала Наталья, глядя на восстановившийся портал.
— Пойдешь первая. Меня не жди. Внимательно осмотрись в пещере и сразу же на базу. Я, как только проход откроется вновь, отправлюсь вслед за тобой.
— Лужа достаточно широкая чтобы попробовать влезть в нее вместе.
— Не обсуждается. С этим порталом, или с самой башней что-то не так. И галдящая группка, там в ущелье, очень тревожный звоночек.
— Так значит, ты меня просто выпроваживаешь⁉
— Глупостей не говори! Если в башне появились ходоки, то карантин нарушен. Ты можешь с уверенностью сказать, что эти искатели приключений не приволокут на землю какой-нибудь заразы, паразитов, или еще каких незваных гостей. Отметь это в отчете. А я постараюсь осмотреться и выяснить, что здесь происходит.
— Вить! Не делай этого. Не избавляйся от меня, считая балластом и помехой. Не надо корчить из себя героя.
— Ты не балласт и не помеха! И не выдумывай. Отправляя тебя в безопасное место, я обеспечиваю тыл и прикрытие себе…
Крохотная вереница искр пробежала теперь уже по самому зеркалу чернильного вещества и из портала высунулась голая человеческая рука ощупывающая край уступа.
Я только и успел дотянуться до кнопки отключения систем скафандра. В активном режиме на нем светилось штук десять всевозможных датчиков и систем управления. Наташка схватила камеру и попятилась к каменистой насыпи. Вдруг замерла и присела, когда из рябящей лужи на черные камни вывалился большой, плотно уложенный рюкзак.
Единственное место, где еще можно было спрятаться, так это за выступом утеса, если изловчиться пройти по краю и как-то зацепиться за стену. Времени на раздумья не было. Я сиганул следом за Наташей, с ужасом понимая, что отключенный костюм очень плохо двигается в неактивном состоянии. Мне удалось преодолеть сопротивление механических приводов на бедрах и коленях и закрепиться на сыпучем склоне, буквально защемив металлизированную перчатку между камней. Наташа ухватилась за мой пояс, подтянулась ближе и приподняла стекло шлема.
— Ты держишься?
— Да. Отключи костюм. Держись за меня и скрути фильтры, а то хрюкают как голодные поросята.
Пристегнувшись ко мне карабином грудной обвязки, Наташа расслабила руку и отключила фильтры с поясов. Теперь воздух поступал в костюм, только через сетчатый барьер в клапане защищающий максимум что от насекомых, да и то не самых мелких.