— Это Кореец… он стрелял. Наши, как нора закрылась, бунт подняли и ушли в джунгли. Охранников мало было, вот и сбежали… Кореец совсем озверел… орал, что всех постреляет.
— Ничего, мы его в клетку посадим и в цирк сдадим!
Перетащив сомлевшего мальчонку подальше в глубину зарослей, я попутно считал нужную мне информацию.
Сознание подростка отличается тем, что оно чисто эмоционально воспринимает происходящие события. Все же мне удалось воспроизвести, более-менее, реальные факты. Итак, вожак банды охранников некий Кореец. Вместе с ним — девять человек. Нора, то есть портал — закрылся, как помнится, моими стараниями. Колонисты, давно готовившие побег, воспользовались ситуацией, выбрались из темницы, где их содержали и всей толпой, а их сто двенадцать человек, ломанулись в какие-то джунгли за рекой. Кореец с бандой ушли их ловить, а Юрку (так зовут пацана), который был в лагере, чем-то вроде «подай-принеси», чтобы тот тоже не сбежал, подстрелили в ногу навылет.
Я бежал, торопясь вмешаться в события, невольно произошедшие по моей вине. Запечатанный портал, сдвинул безнадежное положение рабов с мертвой точки, подтолкнув к бунту и побегу. Теперь только мое прямое вмешательство исправит ситуацию. Главное не допустить расправы над безоружными людьми.
Выскочив на песчаный пляж истоптанный множеством ног, преодолеваю мелкую речушку, мельком замечая множество искусственно сооруженных запруд. Очевидно здесь и добывали алмазы. Перепрыгнув через валяющиеся деревянные лотки и пластиковые тазики, углубился в густые заросли буйной растительности. Там и сям, виднелись следы множества людей, прошедших здесь до меня. Скоро стал различать остаточные явления их движения. В основном эмоциональный фон: страх, злоба, отчаянье, гнев… Заслышав реальные голоса, замер и отдышавшись, медленно двинулся вперед, раздвигая стебли глушителем, накрученным на дуло автомата. Камуфляжный костюм идеально скрывал мое присутствие в местной флоре. Хорош бы я был в скафандре! Единственное, что могло меня демаскировать, так эта моя раскрасневшаяся, потная рожа, но макияжем заниматься некогда.
Впереди поредело и уже просматривалась широкая прогалина, на которой кучковалась группа, одетых в лохмотья, людей. Они, сидя на земле, безвольно подставляли худые шеи под удавки из веревки, которые на них накидывал жилистый, юркий мужичок. Он, то и дело, поправляя заброшенный на спину автомат, продолжал ловко орудовать, связывая людей в обойму одной веревкой. Два других, наставив на пленников стволы, угрюмо наблюдали. Трижды, глухо кашлянул мой ствол. Дружные вопли подстреленных охранников, всколыхнули серую массу невольников. Вот не ожидал, что изможденные донельзя люди, так живо среагируют на ситуацию. Моментально набросившись на своих поверженных мучителей, они разоружили их и, наверняка, растерзали бы в клочья, если бы не мое появление. Я, настороженно поводя по сторонам автоматом, выбрался из зарослей. Общий хор восклицаний ошеломленных пленников. Они отпрянули в стороны. Охранники представляли собой жалкое зрелище. Им здорово досталось, но не от пулевых ранений. Очевидно, так быстро, могут кусать не только пираньи, но и озлобленные неволей люди.
Один из толпы, сжимая захваченный в свалке автомат, красноречиво передернул затвор, не отрывая яростного взора от испуганных, затравленно озиравшихся негодяев. Я отвлек его не менее выразительным жестом, приложив палец к губам. Не задерживаясь и ничего не объясняя, проследовал дальше. Не дебилы — сообразят, что делать. Убивать охранников, надеюсь, уже не будут.
Не маскируясь, с шумом продираюсь дальше, сквозь плотно стоящие стебли, изображая паническое бегство. Сработало! Впереди зашелестело и мне навстречу буквально выпал здоровенный детина, потрясая поднятой вверх винтовкой. Он так и замер с недоуменным выражением на лице, напоровшись на мой электрошокер. Еле успел увернуться от рухнувшей туши. Следом выскочил еще один «охотник» и получив прикладом в лоб, упокоился рядом. Девять минус пять! Осталось четверо. Крадусь в сторону откуда явились эти двое. Резкий свист раздался слева и тут же крик. — Жорик! Толян! Вы где, козлы⁉
Припадаю к земле и ползу на голос. Вот они! Все четверо на вытоптанном пяточке. Кучка копошащихся пленников в центре и чуть в стороне четыре стоящие фигуры. Курят, поглядывая по сторонам. У всех автоматы висят на плечах, дулами вниз. Ну, что же, другого шанса не будет!