— Петрович, ты уже достал своими броневыми пластинами! Засунь их себе в…карман! Решили же обойтись кевларовыми жилетами! —
с досадой причитала Наташка.
— Пластина надежнее! — гудел в ответ невозмутимый Самохин.
— Да я задолбаюсь таскать весь этот металлолом! — свирепела девушка. Слышно было, как она швыряет что-то в стенку модуля.
— Вот, Хирото-сан кивает, значит одобряет. — добавил упрямый техник. Японец, на которого ссылался Самохин, руководил модернизацией скафандров и плохо владея русским языком, чаще всего, оказывался просто одним из аргументов в словесных перепалках.
— А он всегда кивает. У него национальная особенность такая… — огрызалась Наташа.
В общем, была налицо, дружная и слаженная работа творческого коллектива. Кстати, это чувствовалось всюду, где кипела интернациональная, совместная работа. Не имея возможности зрительного обзора происходящего, за плотными полотнищами шатра, тем не менее, я улавливал звуковые отражения текущих событий. Строились корпуса исследовательских лабораторий, подвозились тонны современного научного оборудования. Беспрерывно гудел самолетными и вертолетными двигателями полевой аэродром, расположенный неподалеку. Окончательно достраивался комплекс карантинных модулей, фрагментом которого являлся и наш островок затишья, исключая, конечно, бурные споры Натальи со своими оппонентами.
Интернет кишел новостями о бурной деятельности международного сообщества. Здесь муссировались слухи о непомерной арендной плате, запрошенной властями республики за эксплуатацию земель, прилегающих к артефакту, так как пустынные, никому не нужные досель земли, вдруг приобрели вполне реальную, звонкую стоимость. Организация объединенных наций дипломатично сдерживала растущие аппетиты руководства республики, но без особого успеха. Так как, ошалевшие от запаха халявных денег, те уподобились той самой Сарре из анекдота об атомной бомбе: «… Хаим, а сколько она стоит? Миллион долларов⁈ Хорошо бы, она упала на наш двор!». Вот она и упала, хотя и не взорвалась, но мир перевернула основательно.
Информационное цунами обогнуло всю планету, смывая застарелые разногласия между странами. Все народы ликовали — сбылась мечта человечества: Вселенная приоткрыла завесу тайны. Долгожданный Контакт обрел реальные черты, воплощенные в инопланетной Чудо-Башне. Журналисты трудились без сна и отдыха описывая радужные перспективы всемирного, международного сотрудничества в изучении этого феномена. Политическая картина мира менялась на глазах, окрашиваясь в приятные, спокойные тона. Налаживалась доброжелательная, конструктивная атмосфера сотрудничества.
Я невольно поторапливал формирование разведгрупп, чувствуя неодолимую тягу к возвращению в Башню. Может быть этот посыл исходил от моего «квартиранта», хотя и без этого уже надоело торчать без реального дела. Новые скафандры уже были подогнаны, все замечания и дополнения были учтены. Накануне общего выхода, я втихаря разблокировал портал и поэкспериментировал с его размерами, придав ему более удобный, как я считал, вид. Получилось, что-то вроде дверного проема. Принцип прохождения остался прежний: обязательно головой вперед с последующей мини-паузой, иначе терялось равновесие и ориентация в пространстве, что приводило к заминке от ненужной суеты, чего следовало категорически избегать. Пришлось заказать табличку с напоминанием на нескольких языках. Наконец настал день, когда вереница людей в ярких, разноцветных скафандрах потянулась к порталу. Наташа контролировала вход, я же встречал на выходе — в самой Башне. Гулкий зал заполнялся людьми: все деловито проверяли снаряжение и аппаратуру. Быстро освоившись в необычном гравитационном поле тоннеля, разведгруппы доложили о готовности. Я обозначил каждой из них по одному порталу: десять групп, по пять человек в каждой, исчезли за черной пеленой. Штабная группа занялась разметкой схемы тоннеля, отмечая на ней, в какие порталы уже проникли разведчики. Так началась, вполне себе, рутинная работа по изучению других планет. Никаких тебе космодромов, ракет, долгих перелетов. Нырнул в портал, и ты уже на месте. Правда, предстоит определить в каком. Вот разведчики этим и займутся: определят тип планеты, состав атмосферы, наличие растительного и животного мира, возможность постройки исследовательской базы и т.д. Произведут, своего рода, экспресс-анализ. Затем, после них, уже последуют научные группы с мощной аппаратурой и более сложными задачами.