— И что же, — спросил Царь Ифритов, когда Эшиа вновь остановился перевести дух, — Пророчество и в самом деле сбылось?
— Тороплив ты, царь, и вперед меня забежать пытаешься, — покачал головой царевич. — Ну и какой тебе в том будет интерес? Слушай, какие события дальше случились, и сам поймешь, сбылось то пророчество или нет.
Царь Ифритов откинулся на спинку своего высокого трона и приготовился слушать дальше. Эшиа в глубине души позабавила такая заинтересованность Царя, и потому продолжил он свой рассказ о том, что знал, а то, что не знал он, придумывал на ходу.
— Вторым своим приказом отправил Абдулла прочь из города тех торговцев, что негодяю яд продали. И торговцы покинули царство, но напоследок пообещали Абдулле, что он сильно пожалеет об опрометчивом своем поступке: придут другие торговцы, и еще более опасное продавать будут. И советники стали Абдуллу уговаривать вернуть торговцев и простить их, ведь лучше то зло, которое в лицо знаешь, которому противостоять можешь. Но Абдулла был непреклонен! Наутро торговцы покинули город и все товары свои увезли с собой. Абдулле и того показалось мало. Услышал он в словах советников страх перед торговцами и подумал: вдруг правда нашлют они других, и те, другие, привезут уже яд чтобы лишить жизнь Абдуллу? Тогда царь поразмыслил да и отдал такой приказ: прочь гнать всех торговцев, и ворота городские закрыть, чтобы никто впредь извне в столицу без досмотра не попал, и торговать мог только по личной царской грамоте. И до того был напугал, что сначала эту грамоту никому не дал. Так и не осталось в царстве торговцев.
— И как же управлялось это царство, без товаров со стороны? Ни за что не поверю, что царство Абдуллы было богато всеми дарами! — воскликнул Царь Ифритов.
— Зря не поверишь, мой царь! — возразил ему Эшиа. — Было то царство велико и славно! И были в нем свои поля, и свои фруктовые деревья, и свои ткачи, и прядильщики, и глиняных дел мастера, и ювелиры, и портные… Словом, все были, и некоторое время страна процветала в достатке. Но долго ли, коротко ли, а устал царь от однообразия блюд своих и одежд, и стал требовать, чтобы удивили его чем-то необыкновенным. А как удивить, раз торговцев нет? И стали искать человека, который смог бы заново наладить торговые пути и грамоты царские купцам раздать. И то должен был быть смелый человек, что не побоится пересечь в одиночестве Белую Пустыню!
— И неужто нашел такой смельчак?…
— Вообрази себе, о проницательный царь, такой смельчак и в самом деле нашелся и в скором времени предстал перед Абдуллой. И тогда Абдулла предложил ему взять несколько слуг и стражников и отправиться в другие страны,что лежат за белой пустыней, и вручить пять грамот самым успешным купцам. Поклонился смельчак, взял грамоты и отправился восвояси, а Абдулла созвал министров и дальше думать стал. То, что нашелся человек, который грамоты купцам повезет и новые товары в страну направит, хорошо было, но для такой дороги понадобилось бы не меньше года, а то и целых двух. Потому решил Абдулла такой приказ отдать: чтобы в царстве его все трудились еще усерднее на благо своему царю и всей стране. Приказал устроить базарный день, в который лично будет на площадь приходить и товар досматривать.
— И что же… не роптал народ?
— Народ тогда еще не понял, к чему дело идет. Лишь порадовались люди: сам царь купит у них товары, дороже продать можно, легче имя себе сделать. Так слушай, что было дальше, о прозорливый царь, и ты удивишься тому, как повернулась эта история…
Царь Ифритов подпер рукой подбородок и подался вперед: так заинтересовала его история. На то у Царевича и был расчет, ведь оттого, что казалась правдивой она была от и до, была она для властителя волшебного царства вдвойне дороже. Качнулось белое покрывало, зазвенели серебряные браслеты, отрывая царевича от не ко времени пришедших мыслей, и продолжил Эшиа говорить, забыв уже про всякий расчет:
— Первое время в самом деле хорошо шла торговля, и царь многие вещи покупал для дворца, и платил щедро. Но при дворе жило много министров и советников, много слуг и прекрасных наложниц, и всех их стремился царь хорошо одеть и вкусно накормить, а пуще всех заботился он о себе самом. И стало ему по нраву, если наложницы его каждый день новые облачения носят, и министры многими платками располагают, и украшения не повторяются ни на ком, как и блюда на царском столе. Созвал тогда Абдулла лучших торговцев своих, которых вниманием своим почтил, и повелел им в два раза больше товара поставлять ежедневно. Что делать торговцам? Знали они уже, какой характер у Абдуллы. Не иначе как казнить может на непослушание! Потому с тех пор не было у торговцев иного достатка, кроме как от царя, поскольку не оставлял он им ничего из товара для продажи. И у простых людей не было больше возможности купить вкусную еду, сладкие фрукты и мягкие ткани: все забирал себе царь…
— Выходит, он просто грабил свой народ?
— Выходит, что так, мой царь. Поставил Абдулла себя и дворцовых людей своих над народом и законом, а чтобы не могли против него обиженные люди выступить, по совету своих министров принялся переписывать законы. И никто не мог с тех пор слова ему сказать против. Поскольку за нарушение новых его законов полагалась смертная казнь. Никто не хотел лишиться головы: ни торговцы, ни мастера различных искусств, от гончарного до портного, ни рыбаки, ни крестьяне. Все плоды их тяжелого труда забирал себе Абдулла, все лучшее получал он на свой стол, и пока происходило так, все больше беднела его страна, потому что не оставалось им ни еды, ни тканей, ни даже горшков на продажу. А скоро у многих из них уже о продаже речи не шло: семьи свои прокормить стало для них непосильной задачей.
Царь Ифритов неодобрительно покачал головой, но ничего не сказал и продолжил слушать. Эшиа же перевел дыхание и продолжил свой рассказ.
========== 18. ==========
— Наверное, интересно тебе, мой царь, как Абдулла мог огромное царство в кулаке держать? Вижу, что интересно. Так не сам он это делал! Придумал он — и, заметь, своим умом придумал, здесь ему никакие министры не помогали — Тайную Стражу за собой поставить, таких людей, что только ему верны будут, и никто вокруг не будет знать, что они в Страже той состоят. И было той Страже задание такое поручено: все владения царские с досмотром объезжать, и внимательно приглядывать, не желает ли кто сокрыть что от царя. И забирать силой, если на то будет резон и необходимость. И платил он Тайной Страже за то так щедро, что с большим удовольствием присягали стражники ему на верность, и вступали в ее ряды. Шло время, и Тайная Стража совсем разорила жителей царства. Как раз в это время и вернулся из дальних странствий с большими караванами тот смельчак, что послан был Абдуллой в далекие земли…
Эшиа замолчал, почувствовал, что его голос дрожит: так возненавидел он в этот момент жадного царя, так жаль ему стало несчастных его подданных. Царь Ифритов не торопил его, и ждал, пока пленник продолжит свой рассказ.
— Так слушай, что было дальше, мой царь, и еще больше удивишься ты тому, что услышишь…
И царевич Эшиа рассказал, что хорошо и щедро принял Абдулла посла своего, и выслушал, что тот хотел сообщить. Смелый человек тот, по имени Сараш, в самом деле бесстрашно пересек Белую Пустыню, и в каждое царство приходил с грамотами и обещаниями взаимных выгод. И везде слушали его и направляли к именитым купцам, ибо каждому царю давно хотелось возобновить торговлю с Абдуллой. Так семь посольских грамот оказались в руках семи самых достойных купцов, и теперь все они готовы были представить Абдулле свои товары.
О, что это были за товары! Один готов был поставлять на стол Абдулле редкую рыбу, поймать которую — огромный труд, а перевезти через пустыню — труд еще больший. Другой обещал шкуры зверей, что только за морем и водятся. Третий — камни, прозрачные, как женская слеза, что ценятся на вес золота… Словом, каждый постарался удивить царя так, как мог.