- Да. Ни одна мелкая мерзкая тварь такого издевательства над собой не выдержит.
- Это открыли еще в прошлом веке.
- Отлично! Хоть в этом не придется убеждать. Осталось доказать, что бактерии вообще имеют отношения к болезням. Но, если докажем, государственная премия вам обеспечена, а уж золотые и серебряные медали всех академий будете складывать аккуратными стопочками.
Склифосовский улыбнулся.
- Не будем заглядывать так далеко вперед. Вдруг мы ошибаемся?
- Мы не ошибаемся. Но будет трудно. У вас хирургические инструменты в каком-то футляре?
- Да, небольшой дорожный набор.
- На сафьяне?
- Да.
- И вы их до этого не кипятили?
- Я понял, Ваше Высочество. Я их больше туда не положу.
- Лучше всего, мне кажется, какую-нибудь металлическую коробку завести. Чтобы ее можно было тоже прокипятить, обработать раствором хлорной извести или спиртом. Если найдете что-то подходящее – я вам компенсирую.
Николай Васильевич достал из портфеля небольшой пузырек.
- Вода из лужи, - объявил он.
- О! - улыбнулся Саша. - Главный опыт Левенгука.
Учитель капнул из пробирки на предметное стекло.
И они больше часа любовались инфузориями-туфельками и сувойками, похожими на бокалы для вина на тонких высоких ножках.
- А что будет, если это все прокипятить? - спросил Саша.
- Мертвые сувойки и инфузории туфельки, - ответил Склифосовский. - Двигаться перестанут.
- А если их спиртом?
- Завтра посмотрим.
- А раствор хлорной извести сможете достать?
- Постараюсь. Это вообще-то отбеливатель.
- А если их другим красителем подкрасить, можно что-то новое увидеть?
- Иногда. Стоит попробовать.
- Можете завтра взять все красители, которые есть. Вообще все. Если это потребует дополнительных затрат, вы мне напишите, я оплачу.
Саша очень хорошо помнил рассказ одного из преподов МИФИ. По местной легенде знаменитые сверхпроводящие керамики были получены в институте лет на десять раньше, чем в США. Только наши умники не догадались испытать их при низких температурах. Зачем? Диэлектрики же.
А американцы просто тупо испытывали при любых условиях. Опустили в жидкий азот – глянь, а они сверхпроводящие.
Так что иногда надо просто отключить мозг и проверять все подряд.
Минут за десять до конца урока Саша извинился и сел за письмо к аптекарю.
- Гогель Григорий Федорович, мой гувернер, человек неплохой, но, к сожалению, не очень умный, - прокомментировал Саша. – И при этом пытается контролировать мою переписку.
В письме Саша попросил спирт поконцентрированнее.
Положил в конверт и написал адрес.
- Николай Васильевич, вы на меня не очень обидитесь, если я попрошу вас поработать моим посыльным?
- Нет, - сказал Склифосовский.
И взял письмо.
- Это аптека в Петергофе, - пояснил Саша. – Ею заведует Илья Андреевич Шварц. Он вам либо сразу выдаст спирт, либо завтра перед уроком, либо что-нибудь присоветует. Может, у него и хлорная известь есть.
Учитель кивнул.
- Ну, наступил час расплаты, - сказал Саша.
И вынул из секретера коробочку с французскими карточками, под которыми хранились оставшиеся пятнадцать рублей ассигнациями.
- У меня пятерка, - пояснил он. – Елена Павловна писала, что 50 копеек в час. Значит, за сегодня и завтра по два рубля. Всего четыре. Все правильно?
- Да-а. Ваше Высочество! У меня еще не было такого заинтересованного ученика.
- Это потому, что я сам за себя расплачиваюсь, меня не родители заставляют.
- Я могу немного скинуть…
- Нет. Вы отличный учитель. К тому же господин Герцен тут же воспользуется случаем и тиснет статейку про то, что Великий князь Александр Александрович обирает бедных студентов. Ничего не могу поделать: свободная пресса!
- У меня нет рубля на сдачу, - сказал Склифосовский.
- Если это несложно, я бы хотел, чтобы рубль вы разменяли и принесли мне завтра сдачу мелочью. Я Гогелю десять копеек задолжал. А то «Колокол» живо напишет, что Великий князь грабит своего гувернера. А я потом до конца жизни не отмоюсь.
На прощанье Саша пожал Склифосовскому руку. И, кажется, угадал. Учитель был явно доволен.
После обеда Саша воспроизвел лекцию для Никсы и Володи. И похвалил себя за то, что в общем приличное количество из нее запомнил. Лучший способ освоить предмет – это начать его преподавать.
Улучил момент, когда Володька, наконец, соскучился и убежал на улицу, и напросился к Никсе на ужин.
- Нам надо поговорить, - сказал Саша.
- Тет-а-тет?
- Да.
Глава 2
Подходящий момент представился, когда они сидели на террасе за самоваром, а Зиновьев вышел покурить.
- Никса, я хочу попросить тебя поработать завтра подопытным кроликом, - сказал Саша.