— Финт — это обманное движение, — пояснил Егор Иванович.
Подбодрил Никсу:
— Неплохо, Николай Александрович, продолжайте!
И переключился на Сашу.
— Александр Александрович, вы помните, что такое «стать в меру» в фехтовании?
— Нет, — вздохнул Саша.
— Это подойти к противнику на такое расстояние, чтобы достать его рапирой, — терпеливо объяснил Сивербрик. — Для этого надо сделать шаг вперед. С правой ноги, потом тут же переставляете левую.
И выражение «знать меру» заиграло для Саши новыми красками.
— «Выйти из меры» — это отступить, чтобы избежать удара, — продолжил Сивербрик. — Сделайте шаг назад и вернитесь в позицию «ан-гард».
Оставшееся время ушло на отработку этих действий: позиции «ан-гард», выпада и меры — встать и отступить.
Ладно! Кэндзюцу тоже с основных стоек начинается.
Только минут за пятнадцать до конца Егор Иванович вспомнил про боккэны.
Саша снял маску и перчатки.
— Японцы это не используют, — сказал он.
— Говорят, у них есть кожаные доспехи, — заметил Егор Иванович.
— На войне — да, — сказал Саша. — Но не на тренировках.
Честно говоря, Саша смутно помнил, что на серьезных занятиях по кэндзюцу, специальные маски очень даже используют и перчатки — тоже, но в тех подвальчиках, расписанных рунами и кельтскими крестами, в которых он занимался в девяностые, даже близко ничего такого не было.
И показал несколько движений.
— Гм… — проговорил Сивербрик.
— Никса, как насчет спарринга? — спросил Саша.
— Чего? — спросил Сивербрик.
— Тренировочного боя.
Брат тоже не сразу понял значение англицизма.
Но, наконец, кивнул и боккэн взял.
И снял маску.
— Наденьте, Николай Александрович, это опасно! — сказал учитель.
— Совершенно не опасно, — возразил Никса. — Мы уже пробовали.
И снял перчатки.
— Я осторожно, — заверил Саша.
Сивербрик не успел их остановить, Никса довольно технично пошел в атаку, и Саша порадовался, что у него такой способный ученик.
— Ничего себе! — прокомментировал Саша.
И парировал удар.
Повернулся и занес меч сверху, но брат ушел от удара и отступил на шаг.
И снова пошел в атаку, явно изобразив что-то вроде финта: сначала сделав намек на одно движение сверху, а потом ударив сбоку. Так что Саша еле успел уйти.
— Ух ты! — отреагировал Саша. — Думаешь, это можно совместить?
— Почему нет? — поинтересовался Никса.
— Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не сойтись, — процитировал Саша.
И попытался достать Никсу по корпусу.
Но брат парировал.
— Вы увлекаетесь! — прикрикнул Сивербрик.
И Саша заметил, что учитель побледнел.
— Ничего! Ничего! — успокоил Саша. — Это же дерево!
И они пошли с Никсой по кругу, держа мечи перед собой.
Саша попытался достать брата по ногам, но тот отбил удар.
И тогда он вспомнил прием, которому его когда-то долго учили. Он вспомнил, как уравновешивал боккэн на руке, пытаясь определить центр тяжести. Должен быть в две пятых длины от гарды. В местных самодельных боккэнах получилось не точно, но похоже.
Саша дождался, когда Никса сделает выпад, перенес меч над его боккэном, заскользил своим оружием вдоль клинка брата, давя вниз, закрутил его клинок вокруг центра тяжести и выбил у него из рук.
Сам удивился, что получилось. И коснулся боккэном шеи цесаревича.
— Ну, хоть в чем-то я лучше тебя! — прокомментировал Саша.
— Еще по математике, — признал Никса. — У меня нет двух плюсов. Научишь приему?
— Конечно. Но это было непросто, прямо скажем.
— Вы, видимо, почитаете за величайшее искусство вышибить оружие из рук противника, Александр Александрович? — поинтересовался Сивербрик. — Не знаю, как у вас там в Японии, но у нас в Европе — это дурной тон. Подобное действие обнаруживает лишь незнание дела и превратное понятие о фехтовальном искусстве. Кроме того, выбитым мечом легко ушибить присутствующих.
— Разве не верно, что лучший бой — это тот, которого не было? — возразил Саша.
— Для дуэли, может быть, — сказал Его Иванович, — но для фехтовального искусства. К тому же этот прием опасен для того, кто его делает. Отклоняется простым дегаже. Дегаже заключается в том, чтобы сразу колоть противника, не касаясь его шпаги, Александр Александрович. И тогда, от сильного размаха, вышибающий шпагу, не встретив сопротивления, может сам выронить оружие. Николай Александрович, надо было сделать дегаже.