— Что-то не так? — поинтересовался Саша.
— Я никогда не слышал об ученом по имени Авогадро, хотя эксперименты такие были.
— По-моему, Авогадро, но, может быть, путаю.
— Абсолютная шкала температур существует, — заметил Соболевский. — Её предложил английский ученый Уильям Томсон несколько лет назад.
— А не лорд Кельвин? — предположил Саша.
— Я не слышал, чтобы он был лордом.
— Ну, может быть, я путаю. Ньютон, кажется был лордом и спал на заседаниях.
— Нет. Он был членом парламента, но палаты общин, а спал вряд ли, он был очень добросовестным человеком.
— А как с остальным? Все логично? — спросил Саша.
— По-моему, да. Но я хотел бы показать это кому-то более компетентному, чем я. Александр Александрович, это чудо какое-то: из пары простых предположений вы выводите все газовые законы.
— Конечно, показывайте.
26 февраля была суббота. Иногда по субботам проводили уроки, но по случаю дня рождения обошлось без них. Первым его поздравили Гогель с Володей, потом зашел Никса с Зиновьевым, а после завтрака принесли посылку от бабиньки.
Посылка представляла собой солидных размеров ящик примерно метра на метр в основании и полметра высотой.
Под верхней фанерой лежало письмо с бабушкиной печатью, а ниже нечто плоское и упакованное в бумагу.
Письмо было написано по-французски, но на таком уровне Саша уже понимал.
Милый Саша! — писала бабинька. — Поздравляю тебя с четырнадцатилетием…
Саша пробежал глазами многочисленные пожелания успехов, здоровья и всего на свете, и быстро перешел к сути.
Непростую задачу ты мне задал, продолжала бабинька. — Художники, картины которых ты просил найти, оказались совсем юными и малоизвестными людьми, так что удивительно, откуда ты вообще о них знаешь. Но что-то мы с Варей нашли.
Во-первых, пейзаж Камиля Писсаро. Сей иудей немного старше остальных, и у него довольно много картин, но они весьма заурядны. «Две женщины беседуют у моря», которую ты найдешь в посылке, пожалуй, лучшее, что у него есть. Но все равно до нашего Айвазовского ему еще очень далеко.
Если ты хочешь больше его пейзажей, пиши. Можно купить хоть все, они весьма дешевы.
Саша даже не знал, что Писсаро еврей. Знал, что импрессионаст и один из представителей пуантилизма, но совершенно не задумывался о национальности автора.
Он освободил от бумаги первую картину. Пейзаж был нежным, туманным и экзотичным, беседующие женщины были чернокожими, и одна из них несла огромный сверток на голове. Хорошая работа, но совершенно классическая.
Сколько же это может стоить лет через пятьдесят? Писсаро, конечно, но ранний. Если и представляет ценность, то не художественную, а, скорее, историческую. Ладно, проверяется экспериментально.
И он вернулся к письму.
Мы нашли работы Эдуарда Мане, — писала бабушка. — Их не очень много, и они ученические. К тому же такое впечатление, что автор ленится прописывать детали. Ну, что это за крупные неаккуратные мазки?
Я выбрала три на мой вкус: «Голова старой женщины», «Портрет мужчины» и «Мальчик с вишнями». По-моему, ничего особенного, но, как знаешь. Стоят они настолько смешных денег, что и упоминать об этом не стоит.
У Мане есть иллюстрации к Данте, я подумала, что они могут тебя заинтересовать, но меня они оставили совершенно равнодушной.
Надо их все-таки купить?
Саша распаковал три следующих картины. Честно говоря, Мане он всегда ценил меньше остальных импрессионистов. Но портреты ему понравились, особенно «Голова старой женщины», действительно написанная крупными мазками. В героине было что-то от бабиньки.
И задорный мальчик с вишнями в красной круглой шапочке был совсем неплох.
И да, Мане уже был не вполне классическим.
В Парижской богеме все друг друга знают, — писала Александра Федоровна, — так что Ренаура и Дега мы нашли, но они пока учатся в школе живописи, и все их работы либо карандашные наброски, либо копии картин из Лувра. Не думаю, что тебе нужны копии.
Никаких следов ни Сезанна, ни Ван Гога мы не нашли совсем. Ты точно правильно написал фамилии?
А вот с Моне вышла забавная история. Мы с Варенькой уже отчаялись его найти, когда нам подсказали, что в Гавре есть популярный карикатурист с такой фамилией. Там все витрины единственного в городе художественного салона заставлены его работами по 20 франков за штуку.
Я поручила купить несколько рисунков поинтереснее. Карикатуры действительно забавные, но меня ждало разочарование. Дело в том, что они подписаны «O. Monet». Оскар или Оливье. А тебе же нужен Клод. Но я их все равно решила послать, думаю, они развеселят тебя.