— Значит, приоритет тебя волнует, а не Россия, — поморщился брат.
— Я оговорился. Не «во-первых», в десятых. Понимаешь, некоторые вещи эффективно работают только, если они есть у всех. Представь себе наш корабль, который терпит крушение в океане. И на корабле радиопередатчик, и он подаёт сигнал бедствия. И кто его услышит? Зимний дворец? И что? Кто придет на помощь?
— Это очень редкое событие, — сказал Никса.
— И что, что редкое? Пусть гибнут? А ведь могли бы спастись!
— Без связи армия может погибнуть, а не корабль.
— Не буду спорить, но попомни моё слово: если сегодня мы засекретим радио, завтра мы антенны у Симонса будет покупать.
— Это ты так не споришь! — усмехнулся Никса.
— А государю вы говорили о вреде секретности, Александр Александрович? — спросил Якоби.
— Естественно, Борис Семенович! Я уже не знаю, какое сальто-мортале мне сделать, чтобы ко мне, наконец, начали прислушиваться!
— К вам прислушиваются, — сказал Якоби, — иначе я бы вашими изобретениями не занимался.
— Угу! Только, когда речь заходит о технических новинках.
— Александр Александрович, мне кажется вам надо опубликовать статью с вашим выводом газовых законов, — заметил академик.
— Думаете, меня не размажут по стенке, как с туберкулезной бактерией?
— Нет! — возразил Якоби. — Там все слишком стройно.
— Что сказал об этом Соболевский?
— Что он больше не чувствует в силах вас учить. Вам нужен преподаватель совсем другого уровня.
— Меньше всего хотел его обидеть. Владимир Петрович научил меня измерять силы в золотниках. Это, конечно, полный бред, но надо знать современное состояние науки.
— Он совершенно прав. Вам нужен человек, который знает о последних публикациях и следит за ними. Человек науки, а не школы.
— Возьметесь, Борис Семенович?
— Только в том, что касается электричества. Теплота — не совсем моя тема. Но в Санкт-Петербургском университете есть молодой приват-доцент, который интересуется этой тематикой. Он, правда весной уезжает в Европу для усовершенствования в науках, но, мне кажется, вам будет интересно познакомиться. Может быть он порекомендует кого-то вместо себя.
— Как его фамилия?
— Менделеев.
— Да! — воскликнул Саша. — Нам будет интересно познакомиться.
— Вы читали его работы?
— Кажется, да. Про спирт что-то, если не ошибаюсь.
— Нет, строение кремнеземных соединений.
— Значит, путаю. Надо будет перечитать. А когда Дмитрий Иванович уезжает?
— Вы помните его имя и отчество? — удивился Якоби.
— Значит, не все путаю, — сказал Саша. — Буду рад познакомиться.
Саша допил остывший чай и взял булочку.
Он где-то читал, еще в будущем, что высоко мотивированные люди редко бывают толстыми, потому что есть некогда. Откуда следовало, что мотивации ему не хватало.
Он задумался.
— Борис Семенович, а какое расстояние от Зимнего до Михайловского дворца?
— Версты три.
— Значит, я глупость сказал. Не может на таком расстоянии сигнал расплываться. Нам надо просто конструкцию микрофона улучшать. И конструкцию трубки. Есть у вас, кто бы взялся?
— Володя поговорит с однокашниками из инженерного училища.
— Хорошо. Если папа́ денег не даст, пишите мне, я что-нибудь придумаю.
Они с Никсой тепло распрощались с Якоби. Николай пожал руку, а Саша решил, что этого мало и обнял старика.
После ухода академика к нему прибыл еще один подарок. Это была картонная коробка, раза в четыре меньше бабинькиного ящика с импрессионистами, но тоже солидная.
На коробке было толсто и размашисто написано:
«Его Императорскому Высочеству Великому князю Александру Александровичу от Путилова».
Ширина линии полсантиметра.
Чем так можно написать?
Глава 25
В коробке была печатная машинка и футляр с огромной шариковой ручкой. По толщине она была, как маркер, и след оставляла соответствующий. Очевидно ею и подписали коробку.
Саша задумался о маркетинговой кампании. Где нужно картонные коробки надписывать? В магазине, на складе, на почте. Еще можно маркировать корешки папок в конторах, министерствах и ведомствах.
Сделать пробную партию маркеров штук в сто, половину раздарить в качестве рекламы, а вторую попытаться продать.
Где у нас целевая аудитория? В купеческих гильдиях и собраниях, в присутственных местах, в почтовых отделениях, на рынках.
Деньги после новогодней распродажи фонариков и конфетти остались. Некоторую сумму вложить можно.