К устью Западной Двины прибыли к полудню следующего дня. Караван подошел к левому по течению берегу, ниже устья какой-то речушки, и с судов начали высаживаться люди. Драговит спрыгнул с борта уткнувшегося в берег драккара и двинулся в голову каравана. Туда, где виднелась кучка людей, оживленно размахивающих руками. Подойдя, хевдинг по местной традиции поздоровался за руку с Самсоновым и, судя по надетой броне, со старшим латников, а также с атаманами артелей. Все перечисленные оживленно решали вопрос – где разместить временный лагерь, куда разгружать припасы и куда строительные материалы. Послушав их некоторое время, Драговит понял, что Самсонову еще долго будет не до него. Повернувшись, обратил внимание на группу, стоявшую несколько обособленно. Группа состояла примерно из трех десятков разномастно вооруженных мужчин – явно «коллег» Драговита; такого же количества женщин, часть из которых была на сносях, а часть держала на руках маленьких детей. Практически идентичная ситуация с его родом.
Драговит направился к ним, и когда приблизился, навстречу ему выступил невысокий, практически квадратный из-за ширины плеч, зрелый мужчина. И одноухий. Точнее, слева вместо уха у него виднелся огрызок. Одет он был по моде княжества, и определить народ, к которому он принадлежал, было невозможно. Поздоровавшись привычным в княжестве образом, хевдинг кратко представился.
– Магнус Рваное ухо, – ответил мужчина.
Драговит усмехнулся. Тот, поняв, досадливо махнул рукой:
– В первом же вике, юнцом еще был, какой-то вепс срезнем немного промахнулся, или боги мне помогли, и отхватил половину уха. С тех пор я Рваное ухо.
– Ну, а я теперь Драговит Одноглазый.
– Значит, ты ярл, – перевел разговор Магнус.
Драговит вздохнул.
– Я не ярл. Хевдинг. – И кратко рассказал историю своего рода.
– Мы здесь тоже… все не с простой судьбой. И все разных народов. Я, к примеру, дан. Решили, вот, осесть. В княжестве хорошо, спокойно. Но море далеко! А мы все к нему привыкли. А тут такой случай! – пояснил он. И заговорил о главном: – Судьба свела нас всех вместе и вместе нам предстоит стоять в «стене». Без этого не обойдемся. Я это чувствую. Поэтому нужно сразу определиться. Меня, – он кивнул в сторону группы, – люди назначили хевдингом. Не мое это было желание, но раз люди решили – я буду исполнять. И ты хевдинг. И у тебя есть род и хирд. А если есть два хирда, кто-то должен быть старшим. Князь назначил старшим тебя, значит, ты ярл. Но у нас было одно условие, и князь с ним согласился. Ты – ярл на поле боя, но мы не твои родовичи и живем не по законам твоего рода.
Драговит пожал плечами, только сейчас поняв, что без этой оговорки он нес бы ответственность за еще одну общину, внутри не связанную родовыми правилами с ним. Поэтому возражений у него не было.
– Хорошо! Там сейчас решают вопросы, где и что размещать. – Он кивнул в сторону группы, собравшейся возле Самсонова. – Ты можешь своих людей отправить к моему драккару. Я распорядился готовить обед. Места у костров хватит и вам. А мы с тобой давай пройдемся до деревни. Есть ли там живые? Я еще ни одного не видел.
– Да сбежали, как обычно, – пренебрежительно отозвался крепыш и, подозвав кого-то из своей группы, распорядился идти к драккару.
Деревенька располагалась в двух полетах стрелы и представляла собой унылое зрелище из построенных на скорую руку, скорее, сараев, нежели домов. С другой стороны, смысла строиться всерьез не было никакого с учетом того, что грабили ее регулярно, периодически сжигая. Жили здесь изгои, поэтому уйти в более-менее защищенное место они не могли. Там была чужая земля. Когда подошли к крайним домам, Магнус достал из ножен меч. Но Драговит знаком указал, чтобы он убрал его. Хевдинг нехотя выполнил.
– Сомневаюсь, что здесь у кого-то есть оружие, способное пробить наши бриганты. Да и пугать не стоит, – пояснил лютич.
Обошли все здания, поражаясь крайней нищете. Везде было пусто, лишь в одном из домов из груды тряпок, на скрип открываемой двери, подняла голову старуха. Ее, видимо по причине дряхлости, местные, убегая, не взяли.