Длинное помещение, вкруг оббитое деревом, в конце которого печь. У стены места для сидения в три ряда вверх. С противоположной стороны - широкая бочка, наполненная тёплой водой.
- Духота невыносимая, - заныла девушка, отобрав березовый веник у банщицы.
Вскоре в женскую мыльню пожаловал царь.
- Тебе сюда нельзя, - она попыталась прикрыться веником.
42
Потеха
Слуги, раскланявшись, вышли.
- Ошибаешься, мне всё можно.
Сердце кольнуло от блеклого воспоминания. Да они, похоже, с Алоисом родственники.
- Теперь понятно, что гложило меня в последнее время. Мы по тебе скучали, - когда он говорил по-доброму, было ещё страшнее.
Руслана покосилась на полотенца. Не отрываясь от скамьи, она заскользила к берестяной корзине в углу.
Он преградил путь, поставив ногу на полок.
- Не хочешь сказать, что тоже скучала? - потянулся к лицу.
Руслана замерла, но он остановился до касания.
- Помню-помню. Смотреть, но не трогать. Ты здорово напугала нас в прошлый раз. Почернела с головы до пят, дышать отказывалась. Думали, не очнëшься.
- Зачем мы нужны тебе?
- Вы? - он усмехнулся, - вы: совершенно не нужны. Только ты.
Отодвинув в сторону часть березовых листьев с её живота, он добавил:
- Скоро ты будешь снова красивой, и мне не придётся пользоваться пародиями.
Руслана крепче прижала к коже колкие ветки.
- Я нашёл очень талантливого алхимика. Он почти закончил работу над зельем твоей подруги, - он направил палец к метке, - заодно и с нашей маленькой проблемой обещал разобраться.
- Полагаешься на простых алхимиков? Болотная нечисть, а в ворожбе сам ничего не смыслишь.
Укол прошёл мимо. Булат рассмеялся так искренне и живо, что у девушки поджилки затряслись.
- Милый слепой котёночек, пойми уже. Я не нечисть. Я бог.
…
Во имя любви Даине пришлось пережить большой скандал. Отец чуть было не забрал дочь из Риина силой. Хорошо, что царь заранее позаботился о таком варианте и приставил к поместью девушки свою стражу.
У Данияра не было выбора. С болью в сердце приходилось отпускать дочь на свидания.
Обычно Его Величество обходился немногословным обедом, но спустя три седмицы голодная девушка оказалась в большом тронном зале.
- Ваше Величество, - она дëрнулась, чем вызвала недовольство художника, третий час рисовавшего ростовой портрет.
Зашедший царь сразу же направился к мольберту.
- Здесь. Плечи острее, и шея другая. Сделай длиннее, - кистью указал он.
Даина украдкой взглянула на свои плечи. Неужели слишком толстые? Платье, в которое её нарядили, открывало их полностью, рукава начинались у самых локтей. Корсет затянули так, что дышать невозможно.
Довольный промежуточным результатом, царь опять вышел.
Девушка продолжила стояние. Спустя два часа спина начала отниматься.
- Всё! Больше не могу, - тяжело вздохнув, она посмотрела на золотой трон и села на пол.
- Госпожа, Его Величество приказал завершить портрет к вечеру. У нас мало времени.
Княжна сладко потянулась, не собираясь слушаться.
- Дай хоть посмотреть, что получается.
На пëстром холсте Даину встретила безликая девушка. Стройнее и более хрупкая. Художник прорисовал все складки на юбке, причëска волосок к волоску, но лица не коснулся, оставив пустое пятно.
- Ну, и где я? Это же самое важное! - возмутилась она.
- Госпожа, это не Ваш портрет, - честно ответил мастер.
- А чей тогда?
- Моя милая утомилась? - в дверях опять появился царь.
- Ваше Величество, осталось совсем немного, всего несколько деталей, - объяснился художник, - я могу закончить самостоятельно.
- Но, как же... - вмешалась девушка, - почему этот малëвщик говорит, что портрет не для меня, и где моë лицо?.. Пусть доделает сейчас же.
Подойдя, Булат смахнул русые волосы с покатых плеч. Эта княжна быстро осмелела. В первую встречу рта не решалась раскрыть.