Подскочив на кровати, Ал неосторожным движением чуть не скинул на пол девушку с растрёпанными седыми косами. Яся сидела сверху и, пока он спал, уже успела расстегнуть часть петель на рубашке.
- Ты в своём уме? – рявкнул он, стянув девушку со своих ног.
Она виновато потупилась, но не двинулась с места, тихо сказав:
- Что мне сделать, чтобы ты взял меня с собой?
- Ничего. Иди отсюда!
- Я смогу тебе угодить, меня учили…
Не дослушав, Алоис потащил её к двери.
- Яся, не нарывайся на грубость. Просто иди к себе. Сделаю вид, что ничего не слышал.
У порога она начала упираться, цепляясь за его одежду и мебель. Не хотелось, чтобы своими визгами девушка перебудила всех соседей, но и оставлять её – не вариант. Пришлось повернуть Ясю спиной и слегка подтолкнуть.
- Ты потомок Рарога! Я видела твоё лицо в пламени! – вылетая в коридор, выкрикнула она.
Ал на пол пути остановил закрывающуюся дверь.
- Он специально показал тебя Владыке. Он хочет, чтобы жрецы сбросили тебя в пропасть, как прошлого потомка. Он говорил, что хочет отомстить, что ты заслужил это.
- Витош?
- Если он найдёт меня, то сразу убьёт. Прошу, не оставляй меня здесь! - она не плакала, но просьба сквозила искренним отчаянием.
Судя по шебуршанию, половина постояльцев уже проснулась. Алоис затащил девушку обратно и, приставив к стене, спросил:
- Так. Давай по порядку. Что за прошлый потомок?
- Я не знаю, как его звали. Это случилось ещё до того, как главный жрец купил меня. Владыка думал, что тот потомок призовёт божественный огонь, и поэтому сбросил его с Громовой Башни. Но не вышло. Человек просто разбился о камни.
- И я должен стать следующим?
- Да.
- Это Витош на меня указал?
Она закивала.
Картина начала проясняться. Алоис усмехнулся, потирая затылок. Мстительная же нечисть ему попалась.
- Так мне можно остаться?
- Здесь – нет. Иди к себе.
А вот сейчас точно разревётся… Перед первой слезой он успел добавить:
- Мы едем в Боланию. Могу подбросить до столицы, но дальше сама. Договорились? Колдун не будет гнаться за тобой вечно.
Яся протёрла мокрые глаза рукавами и выдавила благодарную улыбку.
Ал окинул девушку взглядом. Не так, как ей бы хотелось, а с прицелом на долгую дорогу. Платье замызгано, подол порван. Нужно будет побыстрее раздобыть новое, а лучше сразу штаны и зипун. Обувь сойдёт. Самая приметная часть – длинные седые волосы. Лучше, конечно, вообще отрезать, но, если будет против, капюшон или платок тоже сгодятся.
Она ненадолго решила, что парень передумал насчёт близости, но нет. Через минуту её снова ждал коридор.
7
Музыка
О том, что в сонливости Избора виноваты настойки ведуньи, Руслана узнала в первую неделю пребывания в замке. Князь был для неё никем, но, несмотря на это, девушка защищала его, как близкого родственника. Аргумент был один: если бы Ал был здесь, он бы ни за что не позволил так издеваться над стариком.
Влада возмущалась, но скоро согласилась. Тем более новая идея по усмирению папочки нравилась ей даже больше.
- Богатства должен кто-то наследовать. Я делать внуков не собираюсь. Стареть тоже. Представь, набегут дальние родственники, всё раздербанят, распродадут. Обидно, - объясняла ведунья Руслане, запустив в покои князя Фервонию с отваром, - как тебе дочь управляющего? Кровь с молоком! Если постараться, успеет родить троих-четверых. Князь даже не заметит, когда я исчезну.
Девушка поначалу восторгов Влады не разделяла. Сводничество редко приводит к чему-то хорошему. Это живые люди, и они имеют право на собственный выбор. Но ведунья уверяла, что травки лишь распылят уже существующий огонь. Никаких минусов, одна польза.
Отныне Феврония поила князя отваром с новым составом. Избор стал постепенно поправляться. Он стал чувствовать себя не просто бодрым, но свежим и полным сил. Настолько полным, что к концу лета оказалось, что дочь управляющего, которая за ним ухаживала, беременна.
Интересное положение внесло в жизнь замка некоторое смятение, но вмешалась молодая госпожа.
- Папочка, здесь и думать нечего! Мне всё равно, что принято или не принято. Моя сестрёнка должна родиться в законном союзе. О лучшей матушке, чем Феврония, я и мечтать не могла, - выступала Влада.
Ослеплённый настойками князь был счастлив. Мало того, что он, как юнец, сам влюбился без памяти, так ещё и дочь его дала благословение на новый брак. Святая, не иначе. На закате жизни он чувствовал, что жизнь только начинается.