- Хватит, - Ждамир забрал из её рук терпкий мëд.
- Но это только первая...
- Хватит пить каждый день. У тебя скоро откажет печень, и придётся опять менять тело.
Влада ухмыльнулась на одну сторону, искоса глядя на блондина.
- И давно ты понял?
- С первого взгляда.
Она на стуле придвинулась вплотную к его ногам.
- Что ж, в таком случае: ты уволен. Проваливай и никогда не попадайся мне на глаза, - она продолжала улыбаться, но смотрела уже прямо, с вызовом.
Какими бы ни были черты лица, он отлично знал этот взгляд.
Скулы его заострились из-за сжатых челюстей. Он с трудом сдерживался. Хотелось откинуть её, бросить, наорать. Наглая, беспринципная ведьма. Испытать бы ей хоть каплю той боли, что пережил он, месяцами оплакивая смерть любимой. Ждамир сжал её волосы в кулак и притянул девушку к себе.
- Уволен? Ну, тогда мне ничего больше не мешает, - он впился в красные губы в яростном поцелуе. Напористо и грубо.
Раньше он так не делал.
Когда вернулся Агний, они уже были на столе. Тот стеснительно проурчал извинения и сразу выскочил из комнаты.
- Какой грустный, наверное, очень расстроен из-за девочки... Давай его третьим позовём.
- Я тебе позову, - недовольно бросил Ждамир, оторвавшись от её обнаженного бедра и снова найдя губы.
Эта новая версия мечника определённо начинала ей нравиться.
9
Проценты
Предательство потомка вскрылось ещё до окончания торжественной речи.
Десяток жрецов пустились в погоню.
Владыка второй раз в жизни вышел из себя. Мало того, что изменник наплевал на все обещания, так он ещё и обчистил казну, украв золото для содержания своей же братии. Он смог унести немного, но сам факт пренебрежения святыней тронул Солнцезара до глубины души.
Мелкая, гнилая поросль. Он не достоин быть потомком Рарога.
Но Витош...
Опять этот презренный чародей утверждает, что других носителей огненной крови не сыскать.
Первые следы беглецов были найдены в доме на окраине леса. Мало им было денег Храма, так они ещё и прихватили мёртвую воду. Благо, колдун хранил у себя только одну бутыль. Остальное разлито по мелким порциям и надёжно спрятано.
Больше всего нечисть сокрушалась по поводу потери своей девки. Чародей считал, что её забрал потомок, падкий на птичек в беде. Солнцезар так не думал. Скорее всего, девчонка сбежала сама, воспользовавшись случаем.
Жрецы по наставлению Владыки скакали на юг. Со стороны Алоиса было бы логично направиться вглубь страны. За время пребывания в Главном Храме он несколько раз говорил о планах поднять новое восстание. Утверждал, что люди в южных землях до сих пор преданы ему.
Пока Витош искал правильные инструменты, пока он подбирал свечи и заклинания, драгоценное время было упущено.
Раскинув кости на простыне потомка, колдун заявил, что тот поехал в сторону Боланской границы. Следующий расклад на рабыню, и то же самое направление. Лишь после этого Солнцезар признал правоту нечисти.
Алоис в это время был в Бернигове.
Служители Рарога добрались до города уже после его отъезда.
Но у Витоша в рукаве был ещё один козырь: его связь с Ясей. Тело любой нечисти при контакте оставляет на человеке незримую печать. Кочевники, по типу Влады, с первым же переселением теряют эту способность, но Витош никогда не перемещал свою душу и, с помощью нехитрого ритуала, мог узнать, где в данный момент его Яся.
Чтобы самому не тащиться за жрецами, колдун заворожил пойманного зяблика, отдав птице способность чувствовать беглянку.
Дело оставалось за малым. Можно сказать, непокорный потомок уже попался.
…
В Болании брали и давали деньги в рост, как правило, служители Храма Всех Богов. Процент на займ был конским, но зато и прибыль от вклада выше, чем в других местах. Минус для богачей был лишь один. Храм Всех Богов был безоговорочно предан короне. Если бы деньги лжецаревича хранились там, то при первых же новостях об аресте, всё до последней монетки перекочевало бы на счёт Мастислава.