И для него же было бы лучше из роли этой не выходить.
- Тогда пусть Алоис возвращается сразу в Сборск, - мечнику непривычно было называть Богорода настоящим именем, - Оставь на месте встречи послание с адресом. Сообразит.
Перед отъездом они так и сделали.
Руслана нацарапала на камне адрес и вставила в щель между плитами маленькое белое пëрышко.
Отделившись от Влады, она в компании одного только личного стражника, поскакала по другой дороге прямо на юг. Приближалась годовщина смерти матери. Вторая. В прошлом году у девушки не было ни возможности, ни желания посещать Прибрежный город.
Если бы у Алоиса получилось стать царём, она попросила бы его перезахоронить Миру ближе к дому, чтобы никогда больше не приближаться к этому проклятому месту.
…
На кладбище сразу выделялись могилы одиноких и брошенных.
Насыпь Миры заросла колючим бурьяном. За плотной травой было совсем не разглядеть таблички с именем. Не думая о последствиях, Руслана схватилась за крепкий стебель и дëрнула. Отросток поддался, выскочил, а вместе с ним и красная струйка на ладони. Тонкая, как нитка.
Так мало.
Девушка потянулась к следующему зелёному побегу, но путь преградил Агний своей перчаткой. Дальше они работали вместе.
Когда холм был полностью убран, она попросила охранника оставить её одну.
- Мам. Столько всего произошло, пока меня не было... - без прикрас, она самозабвенно рассказывала о друзьях и врагах, о слезах и радостях, о муже, заботу которого так редко ценила, и о недавней неожиданной встрече. Она без остановки говорила больше часа, будто бы мама по-настоящему могла её слышать. Руслана очень по ней скучала.
Агний коротал время ожидания, прогуливаясь по кладбищу. В основном, могилы были безымянными и похожими друг на друга. Взгляд его зацепился за что-то белое.
Он подошёл. На одном старом захоронении сквозь пожелтевшую траву проглядывались хрупкие подснежники. Агний поднял один тонкий росток, но, едва оказавшись в его руке, травинка зажухла, а белый бутон скукожился и иссох, будто сутки пробыл под палящим солнцем.
- Чертовщина какая-то, - буркнул под нос Агний, отбросив цветок.
- О, они всё ещё здесь… - услышал он голос Русланы. – Влада принесла их в нашу первую встречу.
- О чём ты?
- Два года назад, - девушка принялась за уборку и этой насыпи.
Агний задумался. Что-то она с горя путает. Не могут же цветы здесь два года валяться.
- Почему ты и командир иногда называете этим именем княжну?
- Думала, ты давно знаешь, - удивилась она.
- О чëм?
- Прости, вы с ней были так близки в последний месяц. Я решила, что она рассказала.
- У твоего мужа была ведунья с таким именем, но она давно умерла. Разве нет?
Руслана улыбнулась и, не ответив, продолжила прореживать траву. Она чувствовала себя обновлённой. Впереди точно ждëт что-то хорошее.
…
День Летопроводца застал путников на пол пути к замку. Агний подстрелил в лесу тетерева, чтобы удобрить его соками почву у дороги. Суеверие, но воины никогда им не пренебрегали.
Если бы охранник просто разделал и зажарил дичь, пусть даже посреди колеи, то девушка и слова бы поперёк не вставила. Но он сказал всё, как есть, не скрывая, а потому нарвался на гнев сердобольной девушки. Руслану бросало в дрожь от одной мысли о жертвоприношениях.
Раненая птица была отпущена в лес, и была счастлива ещё примерно час, пока не нашла смерть в лапах лисицы.
Последствия не заставили себя ждать.
Лошадь Агния на ровном месте поранилась и вывихнула сустав. Дальше она могла идти только на трёх ногах.
- Просто совпадение, - отвечала девушка на каждый взгляд с упрёком.
Какой смысл сожалеть? Нужная дата прошла. Теперь хоть кишки себе выпусти, хорошей дороги не будет. Так говорили жрецы.
У путников были все шансы опоздать на свадьбу.
Охранник утверждал, что совсем рядом находится деревня, но они всё шли, а лесная просека не собиралась заканчиваться.
Ночью стало хуже. Хромая лошадь выбилась из сил и требовала отдыха. Ко всему прочему начинал моросить дождик. Капли были не крупные и ещё по-летнему тёплые. Хворост и мелкие ветки не успели сильно промокнуть, так что под широкой кроной дерева костёр разгорался неплохо.