Из его рта вылетали гневные шипящие слова. Отдельные фразы знакомы, но общего смысл непонятен. Хозяин тела также не понимал то, что пытается сказать Алоис.
В одном Ал убедился. Это не Витош. Колдун находился на той же поляне. Оттолкнув перепуганную Руслану, он шёл прямо на него.
В виски ударила ярость вперемешку с презрением. Новый хозяин тела распознал в белом великане нечисть.
Сквозь ладонь, прильнувшую к широкой груди, жертвенный огонь перетекал в обречённого. Красное пламя, что принёс на казнь жрец Храма Всех Богов. Без сомнения, это оно.
Когда с болотным отродьем было покончено, горящие глаза Алоиса вернулись к Руслане.
Шаг за шагом он становился ближе.
Большей беспомощности Ал в жизни не чувствовал. Паразит же сейчас и её прикончит. А он так слаб…
Его боль ощущал и новый хозяин тела. Слышал назойливый голос в голове.
Он, также, как Алоис, не до конца осознавал, что происходит.
Девушка была в ужасе. Она не представляла опасности, но являлась причиной странных и очень сильных эмоций. Человек пока не мог определить, какие из них принадлежат ему, а какие чужеродному голосу.
Ал наблюдал, как его собственная рука тянется к её лицу.
Не остановить.
Его тело игнорировало любые команды, но на призыв откликнулся божественный огонь. Пламенный поток заставил плоть подчиниться. Он отринул и взмыл в небо.
Паразит опешил от такой наглости. Это он - повелитель божественных сил. Как смеет голос пользоваться ими? Перехватив контроль над пылающими крыльями сокола, он вновь выбил Алоиса из сознания.
…
Третье.
Теперь Ал не сомневался, что видит прошлое души-паразита. И, судя по происходящему вокруг, это не болотная нечисть. Каким-то образом в нём возродилось сознание одного из первых царей.
Вокруг ещё неистрëпанные улицы древней столицы. Много живых цветов.
Громовая Башня блестит, отражая яркое полуденное солнце.
Он идёт первым. По правую руку та самая девушка. Она ступает уверенно, держит спину прямо, всем видом показывая, кто здесь царица.
В сопровождении слуг и жрецов они заходят внутрь, становятся на плоскую площадку с перилами из резного дерева, закреплённую на толстых верёвках. Рабочие крутят колесо в основании башни и, тем самым, возносят своих господ наверх.
Подъёмник, переживший века. Алоиса, скованного цепями, доставляли на крышу тем же способом.
Царь не может оторвать очарованного взгляда от новой супруги, а она почти на него не смотрит.
Под облаками их уже ждут.
Жрецы Первого Храма Рарога, несколько высокопоставленных подданных и молодой человек с чёрными, как смоль, волосами. По поведению окружающих Ал понимает, что это один из принцев. Получив благословение от отца, он делает шаг в пропасть.
Ал смотрит вниз.
Он чувствует слабость.
Божественный огонь, много лет поддерживающий немощное тело, покидает его и переселяется в летящего вниз наследника.
Ноги подкашиваются. Царя подхватывают слуги, а он оглядывается, ища глазами кареглазую девушку.
…
Возвращение в осеннее небо. Сокол кружил над руинами своего города. Ничего, кроме башни и Храма, не осталось, но и они в плачевном состоянии.
Где его наследие? Что стало с величием? Ал без слов, по одной только щемящей тоске в груди понял, о чëм думает древний царь.
Алоис отругал себя за то, что не слушал проповедей Солнцезара и не вникал в его переводы. Скудного словарного запаса хватало лишь на простые фразы: «Остановись», «Всё изменилось».
Птица не могла ответить, а мыслей старого царя Алоис не слышал, но нарастающая обида не сулила ничего хорошего. У Храма, подобно хлопочущим муравьям, суетились люди.
Один раз уже получилось переманить на свою сторону божественное пламя. Может, получится ещё раз. Он сейчас в образе сокола, а, значит, сможет управлять крыльями и увести опасность подальше от города.