Руслана спросила с надеждой:
- Ты знаешь, что с ней?
Ал догадывался, но узнать наверняка можно было только начав лечение.
Он пообещал Руслане, что трава безопасна и её маме точно не станет хуже. Бедной женщине и так было плохо. Она уже почти не вставала с постели и порой не узнавала дочь.
Алоис угадал.
Миру травили алхимическим меркурием, в простонародье: серая ртуть. Причём и на родине, и здесь. Наверное, тётушка Глафира продолжила дело родной сестры. Удивительно, почему Руслана избежала похожей участи.
Противоядие быстро помогало.
К Мире возвращались силы, а с ними и красота.
Это была на редкость красивая женщина. Стройный стан, большие голубые глаза, завитые от природы локоны солнечно-желтого цвета. Классическая краса, воспеваемая во всех песнях.
Её родители - нищие крестьяне, были рады, что на их дочку обратил внимание местный князь. Ради приличия они первое время запрещали его ухаживания, но новый дом, подарки и денежное содержание быстро их переубедили. Они бы отдали Миру болотному чёрту, если бы у того было достаточно золота.
Руслана унаследовала только часть материнского изящества, но тоже была прелестна.
Алоису особенно нравилось, когда она сердилась из-за мелочей. Тогда она уже не походила на наивного ребёнка.
Иногда он специально доводил Руслану, а потом любовался. В такие моменты её движения были резкими и широкое тонкое платье выдавало изгибы девичьей фигуры.
В третий месяц лета Мира сказала, что скоро им придется вернуться домой.
- Я получила письмо от твоего отца, - она неспешно расчесывала волосы Русланы перед небольшим круглым зеркалом, - ты знаешь, что после нашего прибытия началась война?
Руслана не знала.
- Наш новый царь напал на Боланское королевство. Захвачены уже несколько крепостей и сейчас осаждается Востоков-город. Данияр пишет, что совсем скоро его сдадут.
- Дела у королевства плохи, не хватает оружия и снабжения. Старый король везде видит измену. Лучше нам уехать.
Руслана поняла, почему хозяйка поместья в последние дни была так раздражительна. Она чуть не избила девушку просто за то, что та проходила мимо.
Мира продолжила:
- Гордиян и твой отец сейчас по разные стороны стен Востоков-города. Он писал нам из осадного лагеря. Спрашивал о моëм здоровье и о том, смогу ли я перенести дорогу. Дочка, ты должна завтра плыть на большую землю, чтобы отправить ответное письмо.
Руслана записала на жёлтом листе пергамента слова, продиктованные матерью. Письмо плотно завернули в ещё один пергамент и скрепили печатью из смолы.
Корабль отправится на большую землю завтра в обед.
Ночью Руслана рассказала Алоису новости. Какое-то время он просто задумчиво молчал. Девушка решила, что расстроила его, ведь скоро они больше не смогут видеться. Руслана решилась задать вопрос, который её давно волновал:
- Ал... Можешь рассказать мне, почему ты здесь? Почему Гордиян не даëт тебе даже выйти из комнаты? Ты сделал что-то плохое?..
Алоис посмотрел на неё.
- Конечно, нет, - он широко улыбнулся, как будто её вопрос был шуткой, - я не преступник, иначе сидел бы в тюрьме, а не здесь. Просто... Мне не повезло. Потом как-нибудь расскажу, - Ал сделал паузу, а потом с надеждой посмотрел ей в глаза, - могу я кое о чём попросить?
Руслана кивнула, она давно собиралась сделать ему подарок в благодарность за найденное лекарство.
- Моя мама живёт в Болани, столице этого королевства, - начал лгать он, - она, наверное, думает, что я давно умер. Нас разлучили, когда мне было всего одиннадцать. Остаëтся только надеяться, что горе не сломило её слабое сердце. Если бы я только мог сказать, что я жив, что уехал далеко и живу счастливо... Мне не нужно ответного письма. Если за эти девять лет случилось что-то плохое, я не хочу знать. Ты поможешь мне?
Руслана не сомневалась:
- Ну, конечно, помогу! Почему ты сразу не сказал? Я сейчас же схожу за пергаментом и чернилами.
Ал выглядел счастливым, и девушка тоже искренне радовалась за него.