Но сладострастная надежда сменилась в нём на раздражение и почти гнев. Он представил, как она будет кричать и реветь, когда поймёт, что происходит.
Он вернулся в избу, перекатил Руслану опять к стене и, положив между ними шубу и ещё каких-то тряпок, лёг на бок лицом к двери. Злость мучила его не долго. Он уснул неспокойным больным сном.
25
25 Суп из зайчатины
Руслана открыла глаза от яркого света, наполнившего избу. Они лежали на тёплой печи вдвоём. Алоис крепко обнимал её за спину, прижимаясь всем телом.
Она с трудом освободилась от его рук и встала.
- Ты что себе позволяешь? - рассердилась она.
Парень не реагировал. Выглядел он странно. Кожа покраснела, на лбу выступила испарина. Видно было, как в лёгких судорогах дергаются мышцы.
Она похлопала его по щекам.
- Ал, почему ты такой горячий? - спросила она без надежды на ответ.
Его сильно лихорадило. Сильнее, чем год назад, когда он пришёл к Избору. Видимо, такова была его природа. Терпеть до последнего, а затем сжигать себя изнутри несколько дней. Но, как и в прошлый раз, болезнь отступила сама спустя время.
Руслана в эти четверо суток места себе не находила.
Она старалась поддерживать тепло в избе и пару раз сильно перестаралась. Пришлось открывать настежь двери, а Алоиса накрывать всем, что найдётся. Он не просыпался, и ей приходилось давать ему воду маленькими ложками. Девушка делала ему холодные компрессы и даже пела какие-то песенки, но это больше для себя, чтобы не сойти с ума.
Руслана безумно боялась, что он умрёт. Не из жалости, конечно. Она боялась остаться одна. Лесничий, должно быть, ушёл в селение и неизвестно, когда вернётся. А здесь большой незнакомый лес, много диких животных. Без Алоиса у неё нет шансов.
Он проснулся переродившимся и полным сил. Алоис не заметил, как выпал из жизни. Руслана встретила его со стопкой сырых дров. Одежда её была перепачкана копотью.
- Что ты принесла? Эти никуда не годятся. Возьми те, что лежат выше.
Он, как ни в чем не бывало, ругал её.
Руслана от неожиданной радости бросила на пол поленья. Она подбежала к печи и с одного толчка запрыгнула на лежанку. Прижав ладонь к его лбу, она заулыбалась. Температура спала.
- Придурок, как же ты меня напугал! - воскликнула она.
- О чëм ты? - он убрал её руку.
Руслана надула губки.
- Ты четыре дня провалялся без сознания. Мне всё пришлось делать самой. Посмотри, - она протянула ему исцарапанные руки, - я растапливала снег, чтобы поить тебя, а ещё у нас закончилась еда.
- У нас? - перебил Ал. - Покажи, сколько есть?
Руслана протянула мешок. Два сухарика.
- Руслана! Ты такая тощая, что должна есть, как птичка. Как ты могла ничего не оставить? - на самом деле ему не было обидно, просто подвернулся повод её задеть.
Получилось. Девушка обиженно бросила в него мешок.
- Я вообще-то работала, а не валялась на печи всё время!
Алоис потянулся и слез. Он осушил кружку воды, а затем стал собираться.
- Подожди, мы уже уходим? Скоро же стемнеет... - сказала Руслана.
Парень взял со стола рогатку.
- Нет, выходим на рассвете. Я пойду прогуляюсь.
За эти дни у входа в избушку вырос пухлый снеговик с чёрными веточками, рисующими черты лица. Брови сурово изогнуты, угольки на месте рта изображают злой оскал, волосы-палки взъерошены. Алоис невольно усмехнулся. Это она его пыталась изобразить? Похоже, у неё было много свободного времени. Нечего жаловаться.
Вскоре маленькие запутанные следы увели Алоиса вглубь леса.
Руслана осталась одна на несколько часов. Два сухаря она решила не трогать, хватит с неё упрёков.
Ал вернулся с добычей. Некрупный белый заяц.
- Умеешь разделывать дичь? - по большим глазам девушки он понял, что нет, - ладно, дай миску и горшок.
- Но почему ты всё это умеешь?..
Он не ответил и вышел на улицу, чтобы закончить дело. Когда он был маленький, в его деревне случился неурожай. Тогда старый сосед научил его охотиться на всякую мелочь. Мальчик запомнил, что зайцы на вкус самые терпимые.