- Я люблю тебя, Руслана, - едва слышно шепчет он у самых её губ.
Что она вообще сейчас делает? Девушка резко отринула к стене, ударившись о зеркало. Так ещё хуже. В его взгляде удивление. Она бегом помчалась к лестнице на второй этаж, ни разу не оглянувшись. Запутавшись на пол пути, она наступила на край длинного белого меха и чуть не упала, в последний момент повиснув на перилах. Ей показалось, что она слышит тихую усмешку позади. Сгорая от стыда, она побежала дальше, скинув верхнюю одежду прямо на ступеньки.
Она не это целый день планировала. Закрывшись в комнате, девушка пыталась унять разогнавшееся дыхание. Грудь ходила ходуном. Она прижимала ладони к щекам, хлопала, чтобы прийти в себя, но они всё равно горели огнём.
Это просто мёд. Слишком много крепкого мёда. Больше ни капли.
Из коридора послышался ритмичный топот. Танцует что ли?.. Мимо. Он направился к себе.
На пиру Руслана придумала речь, достойную лучшего прокурора. Какой в ней теперь смысл? Она собиралась сказать, насколько он слеп в своём эгоизме. Он лишил её возможности выйти за любимого. Он держит её рядом, как пленницу. Когда правда о его происхождении вскроется, он утащит её за собой на дно. Он хочет, чтобы их казнили вместе? Никто не будет разбираться в том, насколько фиктивным был брак. Руслану просто вздёрнут на соседнем эшафоте.
Он слепой? Он не видит, к чему всё идёт? Если он ослеп, то она откроет ему глаза.
Руслана вышла и решительно зашагала к его спальне. Он всегда держал дверь открытой на случай её ночного визита. Девушка заглянула. Алоис стягивал простынь с кровати. Он порезал край ладони мечом и вытер выступившую кровь белым полотном.
- Жрецы Храма Плодородия помешаны на формальностях, - объяснил он, подняв на жену взгляд.
Руслана опомнилась и ринулась обратно, скрывшись в темноте коридора.
«Ведунья была права. Кольцо на пальце девушки воистину творит чудеса», - подумал Алоис.
35
35 Пир
Первый же день семейной жизни начался с подарка. Муж гордо положил перед женой толстую книгу в дорогом переплёте. Руслана прочла название:
- Сборник наставлений дворцового строя?..
Он кивнул.
- Правила поведения при царском дворе. Выучи, - невозмутимо сказал он.
- Но она же огромная...
- Я же не говорю сегодня, - он пролистал несколько страниц, - шрифт не очень мелкий. Справишься за неделю?
- Конечно, нет, - растерялась она, - зачем вообще мне её учить?
Он, улыбнулся:
- А ты как думала, царицей быть легко? Благородных девиц с рождения к этому готовят. Мне простят всё, но для тебя не сделают поблажек, особенно, если пока что не хочешь дарить мне наследников.
«Пока». От мысли об общих детях по спине девушки опять побежала дрожь.
Алоис пообещал найти для неё подходящих учителей по основным предметам. Немного не так она представляла своë будущее.
Несколько дней ей потребовалось, чтобы привыкнуть к новому отношению подчинённых. Казалось, с Алоисом они были не так услужливы, как с ней. Одно осталось неизменным: на обедах он всё также подносил свой кубок к кувшину рядом с Русланой и ждал, пока она его наполнит.
Покровительство царевича храму Рарога вызывало недовольство у служителей других культов. Это могло в будущем принести проблемы. Чтобы показать свою благосклонность, он рассылал по храмам страны приглашения. Многим было интересно посмотреть на чудом спасшегося Богорода, и они присылали своих служителей для знакомства.
Со всеми главными храмами контакт был налажен, но столичный Храм Всех Богов долго отказывался даже говорить с самозванцем. Поэтому, когда, наконец, пришло известие о том, что в Рутивль приедут несколько жрецов оттуда, Алоис счёл это своей маленькой дипломатической победой. Привычный обед-знакомство решено было преобразить в пышный пир. Эта зима в Рутивле вообще отметилась обилием праздников, не соответствующих ухудшающемуся положению на фронте.