Застольные разговоры сливались в белый шум. Девушка сама не замечала, что не отводит глаз от кудрявого послушника. Зато это замечал её муж.
Пришло время первого тоста. Алоис поставил свой кубок около Русланы, но она не обратила внимания. Смотрела на послушника. Тогда Ал слегка постучал по сосуду. Руслана опомнилась. Она нехотя подняла кувшин, но рука её дрогнула. Немного вина пролилось на руку царевича, но основная часть попала в кубок.
Маленькая завороженная змейка больно вонзила острые клыки в его кожу. Ал на мгновение прищурился от боли. В вине яд.
Руслана остановилась, оглядываясь в сторону жрецов. Она волновалась. Дрожащие пальцы её скрылись пол столом.
- Хочешь попробовать это? - она потянулась к первому попавшемуся сосуду с морсом.
Алоис взял её кубок, а перед ней поставил свой.
- Я не хочу, - пробурчала она.
- А это и не просьба, - он взял её руку и вложил отраву.
Она бросила на Златояра взгляд, молящий о помощи. Тот увидел вино в её руке и замер в ожидании.
Алоис понял. Она знает, что вино отравлено.
Он грубо сжал её запястье и, под непонимающие взгляды гостей, молча выволок из зала. Долго идти не пришлось, он протолкнул её в первую дверь напротив. Помещение для обслуживающего персонала.
- Пошли все вон отсюда, - приказал Алоис.
Слуги быстро направились к выходу, боясь нарваться на гнев господина.
Он был вне себя от негодования и нарастающей ярости. С трудом сдерживаясь, он стал подходить к Руслане. Девушка пятилась, пока не врезалась в широкий стол. Ал поднял её, посадил на столешницу. Глубоко вздохнув и попытавшись вернуть самообладание, сказал:
- Что происходит, любимая?
- Ничего...
Он ударил ладонью по столу, отчего девушка в испуге подскочила.
- Теперь давай честно, - продолжил он, - ты что-то добавила в кувшин?
- Нет!
- Тогда это сделал тот младший жрец, на которого ты пялилась?
Она замерла. Губы её приоткрылись, но не проронили ни слова.
- Твою мать! Руслана! Ты вообще головой умеешь пользоваться? - прокричал он и еще несколько раз врезал по столешнице, - знаешь его?
Под натиском его яростных глаз она кивнула.
- Кто?
- Он помогал организовывать похороны мамы в Прибрежном городе.
- Военный?
- Нет, - не думая, солгала она.
- Что за яд?
- Я не знаю...
- Но то, что это яд, ты знаешь.
Она отвернулась. Подкатывали слёзы.
Постучал Елисей, спросил, всё ли в порядке.
- Да, мы сейчас вернёмся, - ответил Ал, а потом обратился к жене, - внимательно смотри, что сейчас будет.
Они вернулись к гостям. Алоис подошёл к своему столу и поднял кувшин.
- Дорогие гости! Мне жаль омрачать праздник примирения, но среди нас находятся заговорщики. Перед вами всеми стоят кувшины с отборным вином, привезенным из погребов Храма Всех Богов. И я уверен, что вы уже оценили его по достоинству. Ещё раз благодарю служителей за щедрость, - он низко поклонился жрецам, которые уже поняли о провале плана, - однако... Моя любимая супруга предупредила меня, что вино, поданное мне, отличается от вашего. Ей, по старой дружбе, признался ваш послушник. Мне сложно в это поверить, поэтому, прошу, докажите, что это простое недоразумение.
Руслана умоляюще смотрела на Златояра.
Только бы он не подумал, что она предала его.
Слуги взяли из рук царевича напиток и разделили его между жрецами. Те были чернее ночи. Главный жрец встал и демонстративно вылил содержимое кубка на пол. По залу прокатилось возмущение, но Ал остановил нарастающий ропот и сказал:
- Меня очень печалит, что служители Храма Всех Богов не готовы к диалогу. Надеюсь, в будущем, когда я займу трон, смогу заслужить ваше доверие. А пока... Вынужден просить вас покинуть Рутивль.
Он дал указания охране, и жрецов увели в сторону гостевых покоев.
- Прошу, продолжайте пир, - обратился он к остальным, - я скоро присоединюсь к вам.
Алоис ещё раз поклонился, взял жену за руку и направился к выходу на улицу. Телохранители последовали за ними.