Ласкар, прищурясь, посмотрел в лицо юноши, и тому вдруг показалось, что через веки лавочника на него холодно взглянула сама смерть.
– Я заметил его еще на берегу… Рассказывал уже, помните?
– Ну, да.
– За ним тогда следили… Потом я его встретил уже чисто случайно – хотел предупредить.
Ничего больше не сказав, шпион сложил руки замком и надолго задумался, отрешенно глядя прямо перед собой.
– Ну, что ж. – Он, наконец, разжал руки. – Попробую тебе поверить. Кстати, работа будет оплачена – и, смею заверить, неплохо! Приведешь девку старику – получишь десять золотых.
– Почему так мало? – искренне удивился юноша.
– Это всего лишь первое твое задание, молодой человек! А их ведь будет много. Так много, что ты вполне сможешь скопить себе на старость! Ха‑ха‑ха! – Лавочник откинулся на спинку кресла и громко захохотал.
– К тому же, – отсмеявшись, продолжил он, – пожалуйста, не думай, что ты у меня один. Не приведешь девку ты – найдутся другие, она все равно будет схвачена и казнена, так или иначе. А вот тебе и твоему дружку – тому, что в тюрьме – в случае невыполнения задания придется туго! Доходчиво объясняю?
– Вполне.
Лавочник развел руками и широко улыбнулся:
– Ну, тогда не смею больше задерживать! Кстати, девчонка – зовут ее Агния – скоро будет на Артополионе, у башмачника Прокла – отдавала в починку башмаки. Все понял? Вот и прекрасно. До завтра, молодой человек. Сделаешь дело – приходи за деньгами. Рад буду видеть!
Лешка вышел из скобяной лавки в некотором смятении. Шпион знает о Владосе! Неприятный сюрприз. Однако, что же теперь делать? Заманить несчастную девчонку, и… И так и этак выходит плохо, куда ни кинь – везде клин. С одной стороны – старик Леонидас, лавочник и кто‑то там еще, с другой – он, Лешка, Владос и… и несчастные, обреченные шпионами на смерть девушки. Две стороны… А если… Если попробовать выйти за границы этой, на первый взгляд, очевидной картины?
Артополион – центральный Константинопольский рынок – бушевал, словно море. Бурные людские волны гомонили, перекатываясь через портики и обтекая ровные ряды прилавков и лавок – булочных, овощных, рыбных и прочих. В тавернах, обсуждая последние новости, толпился народ, остро пахло сыром, молодым вином и прокисшим оливковым маслом. Шнырявшие среди покупателей разносчики воды и оливок орали так, что казалось, их режут на части.
– Эй, парень, – приобретя на развале небольшой нож, Лешка придержал одного за рукав.
– Вам сколько кружек, господин?
– Ни одной. Где мастерская башмачника Прокла?
– Мастерская Прокла? А вон, за тем портиком.
Продвинувшись по указанному адресу, юноша оказался у распахнутой настежь сапожной лавки, полной всякого рода обуви, от изящных золоченых сандалий до грубых армейских сапог. Около прилавка, показывая потенциальным покупателям приглянувшуюся пару башмаков, вертелся какой‑то вихрастый парень, по всей видимости, приказчик либо хозяйский сын. В глубине лавки деловито постукивал молотком мускулистый мужчина в кожаном фартуке, наверное, это и был Прокл.
Лешка пристроился чуть в стороне, делая вид, что рассматривает зеленые сафьяновые сапоги, надо сказать, весьма даже изящные, узорчатые, с золочеными каблуками – мечта любого провинциального щеголя.
– Всего двадцать пять аспр, господин! – улыбнувшись во все тридцать два зуба, тут же подскочил приказчик.
Лешка поднял глаза:
– Это мастерская Прокла?
– Она самая! Лучшая мастерская в Константинополе, уважаемый! Вам завернуть?
– Нет, я пока посмотрю…
– Осмелюсь рекомендовать еще вон те, синие, и вот эти, с красным узором… А если вы предпочитаете латинскую моду, то… – Хитро подмигнув, приказчик нагнулся и вытащил из‑под прилавка непонятного цвета башмаки с длиннющими, загнутыми кверху, носами. – Выкроено по бургундским лекалам! Такие носит вся европейская знать. Поверьте, вы будете неотразимы…
– Эй, любезный! – послышался звонкий девичий голос. – Я отдавала в ремонт башмаки…
– А, госпожа Агния! – колотящий молотком мужчина оторвался от своего дела и весело улыбнулся. – Готовы, готовы ваши башмачки, еще сто лет проносите. Николай, принеси… Как ваш батюшка, сестры?
– Спасибо, господин Прокл, все здоровы. Батюшка, как всегда, днюет и ночует на службе…
– Все бы так работали, любезнейшая госпожа Агния, все бы так!
Приказчик тем временем принес башмаки, протянул:
– Вот, пожалуйста…
Девушка – действительно, очень даже симпатичная, с милым курносым носиком и выбившимися из‑под чепца светло‑русыми прядями – придирчиво осмотрела башмаки и, улыбнувшись, потянулась к висевшему на поясе кошелю:
– Сколько я вам должна, господин Прокл?
– Две аспры.
– Всего две аспры? – Агния удивилась. – Но я ведь вижу, тут на больше работы.
– Две аспры, – строго повторил башмачник. – И даже не думайте предложить больше – обижусь!
– Ну, если уж на то пошло. – Девушка улыбнулась: – Благодарю вас, господин Прокл.
Заплатила и, поправив длинную синюю юбку, быстро пошла по площади, да так, что юноша едва не отстал. Красная, отороченная каким‑то дешевым мехом – то ли собака, то ли кошка – жилетка девушки мелькала далеко впереди.
«Кажется, она из не очень‑то богатой семьи, – лихорадочно соображал Лешка. – Сдает башмаки в починку – богатая их бы просто выбросила да купила новые. К тому же и одета… Нет, зажиточные так не одеваются…»
Ага, вон она уже, сворачивает за угол!
– Девушка, девушка, подождите!
Живо сорвав с пояса кошель, Лешка рванулся вперед, подбежал, облизывая губы:
– Случайно, не вы потеряли?
– Нет, – Агния отрицательно покачала головой. – Мой на месте.
– А мне показалось, его у вас срезали. Здесь ведь вор на воре.
– Уж это точно!
– А у меня, знаете, совсем недавно срезали кошель! Средь бела дня и, главное, кто? Какой‑то малолетний мальчишка!
– А что, бывают и многолетние мальчишки? – Девушка засмеялась. – Вы, верно, из провинции?
– Пафлагонец…
– Впрочем, у нашей Империи давно нет провинций…
– Однако, что же нам делать с находкой?
– Надо вернуть владельцу!
– Да где ж его тут теперь найдешь?
– Гм… – Агния нахмурилась и вдруг улыбнулась. – Знаете что, а вы оставьте его у башмачника Прокла! Это честный человек – его здесь все знают…
– Ого… – Юноша нарочно раскрыл кошель. – Три золотых! И куча серебра!
– Вот, наверное, убивается кто‑то…
– А где мне найти этого Прокла? Я ведь не местный…
– Идемте, я покажу…
Оставив собственный кошель с деньгами какому‑то «честному» башмачнику, Лешка нацепил на лицо самую приятную улыбку:
– А вас как зовут?
– Агния. – Девушка улыбнулась.
– А меня – Алексей.
– Вы, Алексей, порядочный человек! Большая редкость в наше время.
– Спасибо. – Юноша смущенно кивнул. – Вот мой друг – тоже порядочный – дешево продает плащи. Просто деньги срочно понадобились. Хорошие плащи, шерстяные, этакого модного бирюзового цвета. Вы не хотите купить?
Агния наморщила нос:
– А сколько – дешево?
– Три аспры штука.
– Три?!
– Но дело в том, что он не продает по одному – ему нужно быстро продать все три.
– Так у вашего приятеля три плаща?
– Да. Бирюзовые, женские. За все три он бы сделал хорошую скидку. Ой… – Лешка восхищенно хмыкнул. – Такой плащ здорово бы подошел к вашим глазам! Как раз скоро зима… Вряд ли вы где найдете дешевле! Может, все ж таки купите? Здесь, недалеко идти…
– Гм… – Девчонка задумалась.
Еще бы – названная Лешкой цена была куда как невелика. Тем более – такой модный цвет. Да еще – целых три плащика, ровно три… Представить только, как обрадуются обновкам сестры!
– Ну, как, Агния? Идем, смотрим?!