– Нам нужно в Бургас. Хорошо заплатим.
– Заплатите? Я скажу капитану… Много вас?
– Десять.
Вахтенный исчез… И почти сразу же послушался его голос:
– Поднимайтесь… Вон сходни.
– Видим.
– Капитан хочет говорить с вашим старшим.
– Иди, Здравко.
– Нет – лучше ты, Алексей. Ты умеешь с ними говорить и договариваться. А я, пожалуй, только махать мечом.
– Ну, скоро вы?
– Иду.
Высокая надстройка, резная дубовая дверь… Что это там, у борта? Кажется, пушка! Ничего себе, кораблик…
Вахтенный постучал в дверь:
– Он пришел.
– Пусть войдет!
Резкий, пронзительный голос… Тонкий, как у подростка. Алексей пригнулся, вошел… Стол, две горящих свечи, прыгающие отблески пламени. Позади стола, у решетчатого окна – стоящий спиной к двери человек в узком длинном кафтане. Короткая сабля у пояса. Длинные черные волосы по плечам.
– Вы хотели видеть меня, капитан! Нам нужно в Бургас.
– В Бургас? – капитан повернулся и вздрогнул. – Однако, какая встреча!
У Лешки тоже отвисла челюсть:
– Господи, не может быть…
Глава 17Ноябрь‑декабрь 1444 г. Константинополь. Кудрявый Зевс
…Халия!!!
– Халия, ты как здесь?
Девушка усмехнулась:
– Я тоже не ожидала тебя встретить. Участвовал в битве?
Лешка положил руку на эфес сабли:
– Жаль короля.
– Мне тоже жаль, – Халия улыбнулась. – Это был славный юноша: наивный, но смелый. А его гибель… Вот что бывает, когда торжествует не холодный расчет, а безрассудно‑глупая храбрость! Убери руку с сабли, Алексей… Я ведь тебе должна. А в должниках бывать не привыкла… Ты сказал, вам нужно в Бургас? – девчонка прищурилась. – Или – все‑таки, чуть южнее?
– Да, в Константинополь, – Лешка кивнул.
– Я доставлю вас, но помни – после этого я тебе больше ничем не обязана.
– Спасибо и на этом. Нет, честное слово, спасибо!
– Кстати, я собираюсь вас везти отнюдь не бесплатно.
– Само собой… Хочешь сказать, мы можем тебе верить?
– А что вам еще остается? Захватить корабль? А вы имеете им управлять?
Алексей лишь вздохнул.
Подойдя ближе, турчанка заглянула ему в глаза – красивая и опасная, как ядовитая змея:
– Мы будем в Константинополе завтра. Сейчас я прикажу боцману вас разместить.
– Мы хотим разместиться вместе.
– Как скажете… А ты изменился, Алексей, – Халия провела ладонью по Лешкиному плечу. – Сейчас, я отдам распоряжение…
– Постой! – Лешка порывисто схватил руку турчанки. – Я все хотел спросить…
– Знаю, об Аргипе. Да, это он предал вас. А потом, воспользовавшись неожиданным появлением сербов, бежал, прихватив мой кошель с серебром и твоим амулетом. Помнишь?
– Да… Кудрявый Зевс. Тайный знак Гемиста.
– Гемиста‑Плифона – ты хотел сказать.
– Вижу, ты не чужда философии…
Усмехнувшись, девушка подошла к двери и обернулась:
– Идем. Что ты стоишь? Любви не будет.
– А я и не жду… Постой! Кто же ты, все‑таки, Халия?
– Незаконная дочь одного паши… – отозвалась турчанка с грустной усмешкой. – Один человек, некий вельможа, вытащил меня из грязи и обучил многому. И я ему благодарна… Где б я сейчас была, если б не Фарраш‑бей!
– Фарраш‑бей?!!! – удивленно воскликнул Лешка.
– Да, так его звали.
– Я тоже его когда‑то знал… Он мой враг!
– Был… – качнула головой Халия. – К сожалению, умер.
– Убит?
– Нет. Умер от лихорадки. Ну, хватит о прошлом. Идем.
Повелительным голосом турчанка позвала вахтенного и велела будить всю команду.
– Только делай это тихо, Жано!
– Как скажете, моя госпожа.
Не прошло и десяти минут, как «Черная кобра» – так назывался корабль Халии – отшвартовавшись в Варненской гавани, вышла в открытое море. Занимался рассвет. Никто не преследовал фелюку, и уже к вечеру путники оказались в бухте Золотой Рог.
– Прощай, – провожая, тихо произнесла Халия. – Надеюсь, мы больше не свидимся.
– Я тоже надеюсь. И все же – спасибо тебе.
– Тебе тоже, – нервно усмехнулась турчанка. – Иначе б сидела бы на колу…
– А мы торчали бы в Варне. Прощай!
– Прощай… Да, тебе вовсе не идет эта кудлатая борода. Подстриги ее, ладно?
И тут же навалились иные дела!
Первым делом, Лешка рванулся домой, на тихую улочку меж площадью Быка и Амастридами, трехэтажный доходный дом с уютным садом и отнюдь не дешевыми квартирами. До боли знакомая аллея… Привратник…
– Господи… Никак, господин Алексей?!
Узнал! Узнал‑таки.
– Ксанфия дома?
– Э‑э… такое дело, мой господин… Она здесь больше не живет… Съехала еще зимой.
– Зимой? А куда?!
– Не могу сказать, господин.
Алексей тяжело опустился на садовую скамейку. Вот это облом! Ехал, ехал… и приехал таки! Что называется – приплыли. Холодный ветер нес по аллее сада желтые шуршащие листья, откуда‑то пахло дареными каштанами и свежим хлебом. Солнце – тусклое зимнее солнце – светило в бледно‑голубом облачном небе. Лешка не видел его. Сидел, уткнувшись лицом в ладони… Ксанфия… Ксанфия… Не дождалась… А, может, все дело в Аргипе?
– Не переживай, дружище! – похлопал его по плечу Лука… или Леонтий… Нет – весело подмигнул – значит, все‑таки, Лука…
Алексей неожиданно для себя улыбнулся: вокруг стояли друзья: близнецы, Здравко… И друзья были здесь, в городе!
Подозвал привратника:
– Что, хозяин совсем ничего не сдает в этом доме?
– Сдает, господин. Несколько комнат на втором этаже.
– Вот и отлично! Мы снимем пару… Правда, заплатим потом, ничего?
– Думаю, хозяин сделает для вас исключение…
Комнаты оказались вполне подходящими, просторными, правда, несколько пыльными, зато уставленными неплохой мебелью из резного дуба.
– Вот это роскошь! – проведя пальцем по комоду, восхитился Лука.
Лешка улыбнулся:
– Не видел ты еще роскоши, парень! Ну, вы располагайтесь, а я скоро приду. Навещу друзей…
Он увидел парней еще издали: Панкратий, Иоанн, с ними еще кто‑то, незнакомый. Похоже, те шли в корчму, Лешка не стал окликать, просто зашел туда же, да подсел к коллегам за стол, надвинув на самый лоб купленную по пути шляпу.
– Э, любезнейший, здесь место занято, – негромко промолвил Иоанн.
– Да‑да, – подтвердил Панкратий. – Мы здесь ждем товарища…
– Уже дождались…
Положив шляпу на стол, Лешка с улыбкой взглянул на друзей.
– Ну? Что смотрите? Обниматься будем или лучше выпьем?
Бокал выпал из руки Иоанна, со звоном полетев на пол:
– Алексей! Лекса! Ты ли?!
– Он, он, – от души хлопнув старшего тавуллярия по плечу, засмеялся Панкратий. – Ишь, как к кувшину тянется. А мы ведь тебя уже похоронили, друже.
– Я догадываюсь, – Лешка мотнул головой. – Аргип сказал?
– Он… Кстати, он пропал куда‑то еще по весне. Говорят, подался к себе, в Мистру, а может, убили… Вот, познакомься, наш напарник, Велизар.
– Очень приятно, – Алексей кивнул темненькому востроглазому парню. – А что старина Филимон?
– Старина Филимон уже начальник всего нашего ведомства, еще с той зимы! Вместо Маврикия – тот еще выше пошел… А у нас, знаешь, Злотос руководит… протокуратор… Гад, каких мало! Кстати, ведь тебя на эту должность прочили, а он, собака, подсидел… Хитер! Теперь всех поедом ест, мы уже и подумаваем в какое‑нибудь другое ведомство перебраться.
– Не торопитесь, – Лешка улыбнулся друзьям. – Еще поборемся со Злотосом… Я ж теперь должен быть в фаворе. Жаль вот только грамоту Бранковича не сохранил… ну да ничего, свидетели имеются. Ну, что сидим‑то? Выпьем, наконец, или друг на друга глядеть будем?
Коллеги опрокинули по бокалу терпкого розового вина, зажевали сыром.
– А знаешь, – вдруг вскинул глаза Иоанн. – Мы ж стрелка вязли! Ту, того самого, что с арбалетом… Думаешь, кто это оказался? Ни за что не поверишь – Кераксион Младенец!
– Керакссион? Так ведь он еле ходит!