— Истинная.
— Почему вы взялись мыть чашки?
— Потому что засиделись мы с вами, Анна Савельевна, непозволительно долго. Я, видите ли, узнал, в котором часу Дмитриев собирается нанести вам решительный визит и зашёл подготовить почву. Но сделал это тайно, так что теперь в спешке заметаю следы. Ну вот, стучит… Откройте, пожалуйста, окно, я убегу. Теоретически я, конечно, могу пройти и сквозь окно, однако это материал седьмого года обучения магии мельчайших частиц, я же предпочитаю изучать новый материал непосредственно перед занятиями.
— Вы — выдающийся лентяй, Александр Николаевич. Улетучивайтесь.
— Благодарю вас, Анна Савельевна. Счастья вам! До свидания!
Я, пригнувшись, обошёл дом со стороны садика, а когда вышел на улицу, на крыльце уже никого не было.
В результате мы получили комбо, а Фёдор Игнатьевич схватился за сердце. Его поставили перед фактом, что свадьба будет тройная. Ну а какие варианты? Устраивать свадебный баттл, выясняя, к кому предпочтёт пойти тот или иной гость, приглашённый на все мероприятия? Тоже развлечение, но никому не хотелось сражений, всем хотелось любви.
— Вы привносите хаос во всё, к чему прикасаетесь, Александр Николаевич, — сказал мне мой любезный тесть. — Учитывая вашу постоянно декларируемую страсть к спокойной жизни, я не могу этого понять совершенно.
— Путь к спокойной жизни почему-то постоянно лежит через хаос, — пожал я плечами. — Закон мироздания. Ладно вам, Фёдор Игнатьевич! Свадьба будет в три раза веселее. Разве плохо?
— Между прочим, Диана Алексеевна обладает даром в девять Мережковских.
— Как это соотносится с темой нашей беседы?
— Так, что до меня дошли слухи: вы ищете стихийного мага для помощи в родах. Удивительно, что вы умудрились не вспомнить о самом подходящем кандидате.
Я присвистнул. Вот уж действительно…
Вообще, с родами всё как-то начало налаживаться. Главным образом потому, что о проблеме краем уха услышал доктор Снуль.
— Александр Николаевич, — зашептал он мне по секрету ночью в столовой, когда я спустился выпить бокал воды, — вы всё сделали совершенно неправильно. Надо было идти не к медсестре, а к главврачу. И не с пустыми руками. Бутылка, Александр Николаевич, открывает те двери, которых не может открыть женщина. Женщина для акушеров — что? Обыденность. В то время как бутылка — гость куда более интересный.
Невесть почему я решил послушать совета доктора. Приобрёл, проконсультировавшись с Серебряковым, бутылку отменного коньяка и навестил главврача. В результате тем же вечером Диль и Килька занялись ремонтом выгоревшего стихийного корпуса. Диль бы, в общем, и сама справилась, но у Кильки появилось много свободного времени из-за увлечения хозяина, и он старался это время проводить с возлюбленной. Ну а совместный труд, как известно, сближает.
К первому августа здание было готово полностью. Трое акушеров — две женщины и один мужчина — отважно вызвались принимать роды. Разумеется, я им за это хорошо заплатил. Леонид обещал быть на подхвате, Диана Алексеевна, Анна Савельевна и Стефания Порфирьевна также подтвердили участие в проекте.
А потом начались трудности. Таньку обследовали, не без помощи нас с Кунгурцевой, и за неделю до свадьбы вынесли вердикт: надо ложиться на сохранение.
— Под постоянным наблюдением ей будет гораздо лучше, — убеждали меня акушеры. — А главное — спокойнее. Вам же — спокойнее!
Леонид присутствовал тут же. Я, как и всякий обычный человек, обладая знакомым врачом, старался привлекать его для всех подряд консультаций. Посмотрел на него и сейчас. Леонид с важным видом кивнул.
— Увы и ах, Александр Николаевич, вынужден с коллегой согласиться. Понимаю, что Татьяне Фёдоровне хотелось бы посетить свадьбы, однако давайте расставим приоритеты. Иди речь об обыкновенной женщине, и, в случае чего, её можно было бы стремительно доставить в любую лечебницу, где уж как-нибудь бы родила. Но мы говорим о стихийнице. Лично мне кажется, что лучше пусть она будет там, где люди точно знают, чего от неё ждать. Оставьте присматривать Диль, она сообщит нам, когда начнётся, и мы оперативно прибудем.
— Оперативно⁈ — воскликнул я. — Да тут на извозчике ехать — час! Ну, сорок минут, если прямо гнать.
Леонид и акушер-гинеколог (основательная женщина лет сорока) переглянулись и расхохотались.
— Не вижу ничего смешного, — буркнул я.
— Александр Николаевич… — Леонид положил руку мне на плечо. — Роды — процесс не стремительный. Могут и сутки занять.
— Сутки — это, конечно, чересчур, — вытирая платочком глаза под очками, подхватила акушер-гинеколог, — но ваш друг прав. Если вы отправитесь в путь мгновенно, как только начнутся схватки, то, уверяю, успеете прекрасно.