— Найдете, не найдете… знаю я наш суд… Получит наказание в семь лет… Выйдет, здоровый еще, молодой… — Он встал и обернулся к следователю. — Разве за это можно наказать? Какой мерой это судить? Покажите в кодексе!
— Я сделаю все, чтобы преступник получил по заслугам! — пообещал Мирошников.
Светлану пришлось отправлять на «скорой». В себя она так и не пришла.
14
Дима писал статью четвертый день подряд. Материала было слишком много, приходилось постоянно сокращать, чтобы остаться в формате. Но в то же время хотелось, чтобы была отражена вся суть происходящего на отечественном пиратском рынке, и в первую очередь — четко названы имена главных действующих лиц. Настолько четко, чтобы не оставалось сомнений.
И все же Дима думал, что одной статьи будет недостаточно. Он уже созванивался с главным редактором насчет серии из нескольких статей, дабы донести до читателей весь собранный материал, но редактор тогда ответил уклончиво. Пусть вначале изложит общую суть дела, а дальше видно будет.
Постепенно статья принимала свою окончательную форму.
Дима обвинил в распространении пиратской продукции фирмы «Кассета» и «Старт», предельно ясно обозначил цепочку, ведущую от фирм-распространителей к заводу-производителю «Арбат».
Особое внимание было уделено фигуре генерального директора Марка Андрейченко. Дима упомянул, чем должно заниматься Национальное агентство по защите авторов, чьим директором является господин Андрейченко, и чем оно в действительности занимается.
Также он не забыл упомянуть руководителя Комитета по авторскому праву Игоря Ивановича Донского и задался вопросом, почему этот человек до сих пор остается в стороне, даже не утруждаясь прокомментировать последние события.
«Не потому ли, — писал Дима, — что косвенно господин Донской сам является учредителем завода «Арбат»? А соответственно он и есть завершающее звено пиратской цепочки — фактический руководитель мощного преступного синдиката».
«И если не оказать сопротивления этой пиратской структуре, — закончил Дима статью, — за год она сможет подмять под себя весь рынок. Таким образом, в России останется фактически один-единственный пират, который поставит под контроль все остальные пиратские фирмы и заводы. После этого финансовые возможности структуры станут неограниченными».
Дима отстукал на клавиатуре последние буквы и перешел в начало статьи. Увеличил шрифт и отпечатал заголовок «Капитан пиратского корабля».
Он закурил сигарету, снял очки и, откинувшись на спинку стула, какое-то время курил, закрыв глаза.
Потом принялся перечитывать статью еще раз, попутно внося незначительные исправления.
Потом зазвонил телефон.
— Добрый день, — сказал незнакомый мужской голос, — я могу услышать Дмитрия Корякина?
— Это я, — ответил Дима. — А вы, простите, кто?
— Капитан Андрей Горохов. Я вам звоню по поручению Олега Андреева. Сам он позвонить сейчас не может. Там со всеми этими событиями такая запарка. Дело в том, что он хотел с вами сегодня встретиться. Если можно, прямо сейчас. Это касается интересующего вас дела.
— Дело в том, что я сейчас собирался ехать в редакцию, — задумался Дима. — А вы не в курсе, что там такое?
— Подробно не могу, — ответил Горохов. — У нас есть подозрение, что наши телефоны прослушиваются не теми, кем надо. Но суть в том, что вскрылись настолько сенсационные вещи, что вам придется вашу статейку дорабатывать.
— Хорошо, через час я буду. Быстрее просто не успею.
— Я вас встречу, — пообещал Горохов, — Андреев специально для этого выделил машину.
— Хорошо. Я живу — Ленинский проспект, семьдесят. Могу выйти уже через двадцать минут.
— Отлично, — сказал Горохов. — Буду ждать. Да, вот еще что, — спохватился он, — Олег просил привезти ему вариант статьи. Ну вы там на него ссылаетесь как на официальное лицо. Так что он хотел проверить, чтобы потом не придрались.
— Да, конечно. Я и сам собирался ему привезти. Ну до встречи.
Дима включил принтер и установил напечатать пять копий. Как раз пятнадцати минут хватит.
Пока из принтера один за другим выползали распечатанные экземпляры статьи, Дима отправился в ванную чистить зубы. Как раз тогда, когда он стоял с наполненным пеной ртом, в кармане завибрировал мобильный. Звонил Виноградов.
— Да, Георгий Анатольевич, — сказал Корякин, сглотнув пасту и поморщившись. — Здравствуйте. Извиняюсь, не могу сейчас разговаривать. У меня встреча через десять минут, а потом в редакцию еду. Я вам вечером обязательно перезвоню. А если освобожусь не поздно, то мы могли бы где-нибудь встретиться и поговорить… Хорошо, тогда до вечера. Я отзвонюсь в любом случае. — Журналист положил телефон в небольшое углубление под ванной, потому что полочка была заставлена тюбиками и флаконами, и продолжил чистку зубов.