Я крепко сжала зубы. Великолепно, теперь есть человек, который знает обо мне больше, чем я сама. И что он теперь думает обо мне? Что означает этот его странный взгляд?
– Регина, пожалуйста, дай объяснить, – попросил Сташек. Сколько эмоций в его голосе, как бы еще в них разобраться. Страх? Отвращение? Что-то еще? Почему он так смотрит?
– Ты видел, – медленно сказала я. – Ты видел… Я монстр?
– Ты? – изумился Сташек и быстро заговорил: – Нет, конечно. Я видел тебя. Ты прекрасна, Регина. Ты совершенна. Я никогда…
И вот тут, именно на этом бормотанье «Регина, ты так прекрасна» самообладание меня окончательно покинуло, и я пришла в ярость. И в ответ на мои чувства обожгло жаром левую руку. Я торопливо ухватилась за нее правой, сдерживая пульсацию. Чудесно, не хватало еще разгромить лабораторию и испепелить ценного специалиста!
– Регина, пожалуйста, выслушай меня. – Сташек пришел в себя и говорил совершенно спокойно.
Моя огнеметная рука отчетливо дернулась на это его предложение. Я выдохнула и бросилась к двери.
– Откроешь Березину мой секрет, и я всем расскажу твой, – глухо пригрозила я, глядя целителю в глаза.
Левое плечо было как новенькое, сама я свежа и полна сил, словно и не было изматывающей бессонной ночи, но, выбегая из лаборатории, я и не подумала сказать Сташеку спасибо.
Я посмотрела на часы: ого, уже девять утра. Значит, Березин мариновал меня целый час.
Я придерживалась своей исходной версии: были в инкубаторе, Перси почуяла вампиров, я вышла взглянуть – в одиночку, чтобы остальные не рисковали, вступила в переговоры с вампирами… Тут начиналось самое сложное, так как я не очень четко представляла, о чем мы с ними разговаривали – в конце концов решила, что они хотели узнать подробнее об эксперименте и о нашем в нем участии, а я тянула время. Потом появилась Сара и вспугнула вампиров (ну да, они оказались такими пугливыми). Потом приехала полиция, и мы вернулись в инкубатор. А дальше шеф и сам знает. Встал, конечно, вопрос об увиденной бдительными гражданами голубой вспышке. Вспышка была. Где-то в аллейке. Почему, отчего – не знаю, может, там прятались еще вампиры, а может, и не вампиры. Никаких суперспособностей, никаких побежденных вампиров, никаких признаний Сары. С грустью подумала о том, что я ведьма (или кто там? боевой чародей?) всего первые сутки, а уже по уши во вранье. Что-то я оказалась не готова к сотрудничеству. Свой покой дороже.
Я направлялась к лифту, когда столкнулась с Сарой.
– Привет, ты все еще здесь? – удивилась я.
– Просили подождать, – с грустью сообщила та.
– Бедняжка, – посочувствовала я. Сама-то я держалась бодрячком, но вот девчонки вступили в новый день, не имея энергетической поддержки Анджея Сташека. Меня передернуло от этого имени. Еще неизвестно, кому из нас повезло. Несмотря на отличное самочувствие, мне почему-то казалось, что не мне.
Я уже заходила в лифт, как вспомнила кое-что.
– Сара, – окликнула я компаньонку, – покажи руки! – И тут же уточнила: – В смысле сними одну из повязок.
– Зачем?
– Ну сними, – уклончиво попросила я. – Или отверни немного.
Сара начала сдвигать повязку, потом что-то тихо и изумленно пробормотала себе под нос и наконец, повозившись, протянула мне ладонь.
– Ты только посмотри, – потрясенно выдохнула она.
Я посмотрела. Что ж, Сташек оказался прав: на ладони не осталось ни единой малюсенькой царапины. Руки Сары были чисты и целы, как и сутки назад.
– Что ж, поздравляю, ты самоисцелилась, – констатировала я. – Интересно, что мы еще умеем?
И с этим риторическим вопросом я отправила лифт на нулевой этаж, махнув компаньонке на прощанье рукой.
Офис жужжал, как пчелиный рой. Пока я спускалась, ко мне два раза подсаживались, а на нулевом этаже творилось настоящее столпотворение. Что ж, наступило утро делового дня. Среди мелькающих сотрудников я заметила светлую шевелюру и поймала себя на том, что припустила к выходу почти бегом. Мало мне отрубленных голов, так теперь еще и коварный целитель Сташек повсюду мерещиться будет?! Я сделала глубокий вдох и приказала себе двигаться медленнее. Вот ведь во что людей страх разоблачения превращает! Я покачала головой. В конце концов, я же не преступница. Или преступница? Тройное убийство вампиров за убийство идет или как?
С этой тяжелой думой я отыскала свою машину и вырулила с парковки. Солнце светило в глаза, но, несмотря на то что приходилось щуриться, я не надевала темных очков – как-то остро соскучилась по светилу за прошедшую ночь и теперь не хотела упускать ни одного его живительного лучика. Пару раз приходилось съезжать к обочине и останавливаться: в первый раз вспомнилась потрясенная физиономия Сташека, во второй – она же, но в варианте раскаяния и самооправдания. И каждый раз при этом меня обуревали такие сильные эмоции, что левая рука начинала трястись мелкой дрожью. Наконец я приказала себе успокоиться и не отвлекаться на гневные мысли и чувства во время движения, не то создам аварийную ситуацию или буду каждые пять минут делать остановки, чтобы унять свою волшебную руку. И как бы я ни злилась на целителя, один положительный момент все же был: Сташек полностью отвлек меня от всего, что было до нашего с ним столкновения. Так и получилось, что, только нажимая на тормоз у ступеней родного дома, я вспомнила, что у меня там притаились трое вампиров.